Натали сложила руки на груди в горьком триумфе, но, вместо того чтобы честно признаться, он заявил:
– Ты права, стоило. Не нужно было доверять твоему предвзятому мнению.
Натали неверяще уставилась на него.
– Это безумие. – Она вылетела из комнаты, и Джулиан последовал за ней.
– Да, безумие оставаться преданным другу…
– Преданным? – Она схватила сумку и свитер. – Скорее слепым и легковерным.
На долю секунды ей показалось, что парень потеряет контроль и нрав, о котором упоминал Дэвид, прорвется наружу.
– Кажется, тебе пора.
На глаза наворачивались слезы, но Натали сдержала их.
– Я и так уже уходила, – произнесла она, захлопывая за собой дверь.
* * *Джулиан смотрел, как девушка уходит, и уже через секунду после того, как она закрыла дверь, ему захотелось окликнуть ее, взмолить о прощении. Раскаленное пламя гнева пронеслось сквозь него и погасло, как только Натали ушла, оставив его в холодных объятиях стыда.
– Cogerme[32].
Джулиан покосился на телефон, но дрогнул при мысли о том, что услышит ее голос, полный боли и ненависти, понимая, что сам является причиной их появления. А ведь Натали может и вообще не ответить. Парня охватил страх, что он уничтожил все между ними, поговорив с ней таким тоном.
Потому что она была права.
Джулиан вздохнул. Не важно. Он едва не испортил отношения с обоими. Дэвид простит его, а вот Натали? Боль на ее лице, когда он сказал ей уйти, была подобна удару в живот.
Как у него язык повернулся сказать девушке такое?
Молодой человек направился к столу в библиотеке, достал ручку и бумагу и начал писать, надеясь, что необъяснимая тайна откроется ему, пока он пытается объяснить все Натали.