"
"Я немного слаба после всех волнений, но сейчас это даже к лучшему — моего внимания хватает лишь на то, чтобы держать в фокусе эти прищуренные серебряные глаза за длинными темными ресницами, и то, как он проводит языком по нижней губе, одновременно с немного ленивым движением моего пальца, которым поглаживаю напряженный сосок.
Непроизвольно выгибаю спину.
Бармаглот наклоняется к моим губам, но успеваю упереться ладонью ему в грудь и оттолкнуть.
Он недовольно фыркает.
— Снимай ее, — приказным тоном и приподнятой бровью.
Веду плечом, и майка сползает еще ниже.
Сначала по соскам, потом как-то сразу до талии.
Бармаглот сглатывает — острый край кадыка дергается под кожей.
Я немного расслабляюсь и мурлычу в ответ.
— Теперь сожми, — еще одна команда.
Провожу ладонью снизу-вверх, задеваю напряженную плоть.
Сжимаю упругий холмик — почти до боли.
Поднимаю ноги, пятками обхватываю его талию, пальцами выразительно тащу вниз джинсы вниз вместе с трусами.
Это все проклятый логотип «Дизель».
Развожу ноги, приподнимаю бедра и снимаю трусики.
Пяткой отшвыриваю их куда-то подальше. Просто чтоб окончательно осознать, что теперь, когда я лежу под ним абсолютно голая, бежать уже некуда.
— Вредный мужчина — не хочет говорить, что я хочу и…
Мои глаза распахиваются почти до боли, потому что Бармаглот вдруг наклоняется надо мной, ладонью обхватывая шею.
Мы так близко друг к другу, что жадно ловлю его дыхание на своих губах.
— В эти игры, Зай, со мной не получится, — серьезно и мрачно, без намека на игривость.
Я чувствую, как между ногами все сжимается от ожидания жесткого секса.
Мне немного страшно.
Но еще больше — мне хочется его член в себе.
Даже если на хрен всю порвет.
— Я тебя трахаю, ты — кончаешь.
— Уууу… Большой злой мужик.
Он чуть-чуть сжимает пальцы, и я чувствую, как каждый вдох проскальзывает в легкие немного медленнее.
А голове затуманивается.
Мысли становятся путаным, пошлыми, отвязными, как самая грязная порнография.
Его голова склоняется над моей грудью.
Я с шумом втягиваю воздух через нос, почему-то, видимо инстинктивно, пытаюсь прикрыться руками, но Бармаглот перехватывает мое запястье и заводит мне за голову, с силой вдавливая в кровать.
Черт.
«Класс!» — вопит мой внутренний голос, накрученный и возбужденный до состояния почти постоянного экстаза.
Между ногами становится так мокро, что по щекам растекается румянец стыда.
Жесткие губы обхватывают сосок, тянут вверх до моего вскрика.