Особенно та ее заноза в мозгах, которая не дает Зайцу стать такой, как другие женщины — слишком рассудительной, слишком правильной, прилизанной и аккуратно оформленной, как новый маникюр.
Но на этот раз мне нечего ей предложить.
Достаточно того, что в моей жизни уже есть женщина, которая думает, что я испортил ей молодость и лишил радости материнства, даже если она отказалась от этого осознанно и могла уйти к другому, не бракованному мужику.
Хотя лично я себя таким не считаю.
Не во всех людях есть инстинкт отцовства.
Мой природа убила за ненадобностью.
— Ты нужна мне, Зай, — все-таки, она маленькая капризная девочка и тараканы в ее голове еще слишком активны и не поддаются дрессировки, так что мне приходится сказать ей то, что я никогда и никому раньше не говорил. Ну во всяком случае почти на трезвую голову и без эрекции. — Нам вроде хорошо вдвоем, или я ошибаюсь?
Она нехотя, но все же кивает.
— Тогда у нас все в порядке — и больше никаких тем о моем разводе.
Алиса молчит. Очень долго и напряженно, а потом передергивает плечами.
— Мы все выяснили, я надеюсь? — пытаюсь подвести черту, потому что находиться с ней в одной комнате, да еще так близко к кровати — это какое-то убийство мозга и терпения. А я, хоть и тварь, но не до такой степени прогнил, чтобы трахать дочку моего друга под крышей его же дома, да еще и в десятке метров от собственной жены.
Хотя, кто его знает, насколько хватит моей системы контроля, если Заяц не угомониться?
— Да, конечно, Марк Игоревич, мы абсолютно все выяснили, — говорит Заяц, но по виду и близко не похоже, что она довольна.
И, пока я пытаюсь понять, что снова происходит в ее башке, она что есть силы швыряет в меня подушку. Ловлю буквально в сантиметре от своего лица и на всякий случай прячу под подмышку.
Вид у Зайца боевой.
И злой.
— Прямо «Рождение мегеры», — пытаюсь отшутиться, хотя уже и так понятно, что ни хуя Заяц не успокоилась.
— Повернулся — и пошел к черту из моей комнаты! — орет Алиса, тыча пальцем в сторону двери. — И больше никогда не звони мне, понял?! И не пиши! И вообще сделай вид, что умер или отправился колонизировать Венеру! Вместе с Милочкой!
Ее голос срывается, но как бы я ни старался рассмотреть слезы в ее глазах — Заяц не плачет.
— Зай, у тебя истерика."
"— А у тебя — жена! Какого тогда ты меня глазами жрешь, а?! Что тебе нужно? Есть же кого трахать, и ноги она с радостью раздвинет, раз его королевское величество снова вернулся в супружескую постель!
— Рот закрой! — рявкаю на нее.