Но я никогда не поднимал на нее руку, хоть иногда она творила такое, что приходилось завязывать яйца в узелок и сваливать на хрен из дома, чтобы не натворить дел.
Сегодня и близко в голове не было поставить ее на место с помощью силы.
Но Мила смотрит на меня так, словно я избил ее с изощренной жестокостью и садизмом.
— Видишь, что она с тобой делает? — шипит, глядя мне в глаза с нарочитым вызовом. Как будто понимает, что козыри в этом споре у нее кончились, и все, на что может рассчитываться — вывести меня на откровенный скандал.
Препираться с пьяной обиженной женщиной — верх глупости.
Она говорит все это чтобы ужалить, потому что так сможет достать меня хоть в чем-то.
"— Мил, сделай себе кофе, тебя пиздец как несет.
Я не даю притронуться к себе, когда иду на кухню, чтобы забрать свою любимую чашку в виде ухмыляющегося черепа. Подарок Зайца на мой прошлый День рождения.
— Марк, не уходи…
Поворачиваюсь.
Мила стоит на пороге кухни. Смотрит на меня — и ее дрожащие ноги подгибаются в коленях.
Я же не бесчувственная скотина.
И мы прожили вместе кучу лет, среди которых были приятные годы взаимной поддержки и любви. Были моменты, которые, несмотря ни на что, буду вспоминать с теплом.
Но кому будет лучше, если я сейчас поведусь на этот концерт, даже если он в чем-то искренний? Мила не поймет, что это просто остаточные явления тепла о нашей прошлой жизни. Она увидит только надежду, придумает гору моих скрытых чувств и ухватится за очередной шанс переломить ситуацию в свою пользу.
— Мил, глупости только не твори, хорошо? Документы о разводе сам приготовлю, тебя не обижу.
— Марк, пожалуйста… — Она заламывает руки, уже откровенно чуть ли не валяясь у меня в ногах, когда пытаюсь пройти мимо. — Нам же хорошо вместе. Столько лет вместе — ты не можешь делать вид, что это ничего не значит! Не можешь просто так вычеркнуть меня!..