– Потому что нет между нами вау-эффекта, – развожу руками и с сожалением улыбаюсь. – Не фаер, Эдь. Не фаер.
– Ерунда. Стоит попробовать еще раз и…
– Жди меня в фойе, Эдь, – обрываю его натужное мычание я."
"Крутанувшись, толкаю дверь раздевалки. Легким шагом пересекаю помещение. Ввожу цифровой код на замке своего шкафчика. Распахивая, первым делом телефон проверяю. Перезваниваю по пропущенным маме. Отчитываюсь, что только закончила заниматься.
– Почему так поздно, Рина? Неужели нельзя тренироваться раньше?
– Можно! Расталкивая локтями другие пары.
– А к шести утра, дорогая моя, вернуться не желаешь? – остужает мой тон мама.
– Ну, мамуля… – переключаюсь на ласковое нытье. – Лето ведь, утром хочется спать.
– Хочется ей… А мне, знаешь ли, хочется, чтобы моя восемнадцатилетняя дочь возвращалась домой до полуночи.
– Я буду раньше! Где-то в половину, честно!
– Жду, – бросает мама коротко и отключается.
Шумно выдыхая, задумчиво прокручиваю телефон в руке. Пару секунд спустя несколько небрежно отбрасываю его обратно в шкафчик и начинаю стягивать с себя одежду.
Оставшись полностью голой, вступаю во вьетнамки, беру полотенце и уже хочу захлопнуть дверцу, когда телефон оживает короткой вибрацией.
Big Big Man: Ты сейчас в «Атланте»?
Big Big Man: Поймал геолокацию.
Смотрю на эти две строчки, и сердце срывается. С безумной силой влетает мне в ребра. И кровь так резко гонять начинает, что, кажется, подскакивает давление. В голове резко возникает головокружение, а в теле – дрожь.
Big Big Man: Собираешься отвечать?
Я не готова! Не успела ничего придумать.
Big Big Man: Чара просил тебя домой докинуть. Я как раз через десять минут из тренажерки выйду.
Боже, мы в одном здании… Боже…
Оглядываюсь, будто все разделяющие нас стены вдруг становятся прозрачными. Ежусь, словно от холода. Прижимаю к обнаженной груди полотенце.
Я увижу его? Мы будем ехать в одной машине?
Big Big Man: Алё???
Мариша Чарушина: Спасибо, конечно… Но меня Эдик подвозит.
И тут же набираю другу: «Эдь, не жди. Меня брат заберет. Созвонимся завтра».
От новой вибрации входящего подпрыгиваю на месте.
Big Big Man: Какой, на хрен, Эдик?! Пошли его!
Воображаю его реакцию и содрогаюсь. То ли от восторга, то ли от страха, то ли от всего вместе сразу.
Мариша Чарушина: Я уже разделась для душа, не могу больше общаться. Пока, Дань! Увидимся как-нибудь в другой раз.