Она отдала ему все, что могла, и этот урод пользовался. Назначил себя гендиректором…. И более ничего не смог. Бабуля ограничила все движения в компаниях до оглашения ее завещания. Управлять всем остался совет директоров. Тогда эта сволочь сильно избила маму.
В тот день, когда я, сдав все экзамены после девятого класса, получила аттестат и торопилась домой, объявили последнюю волю бабушки. Вот прямо с утра к нам заявился нотариус с помощником и сообщил, что контрольный пакет акций и полный контроль над бизнесом получаю я.
Скорая успела, в ней оказался действующий реаниматолог, закрывший в эту смену ставку обычного фельдшера.
Пока маму оперировали, я позвонила Трофиму и попросила привезти сестру в больницу. Потом мы сидели и боялись уже вдвоем. Взрослых, которые бы поддержали нас в тот момент, у нас двоих уже не осталось.
Момент, когда в стылом больничном коридоре больницы появился наш единственный дед, я пропустила. Он, прямо в форме, прошагал по коридору, присел на корточки передо мной и со всей серьезностью спросил:
— Вера, что у вас случилось? Я понимаю, что опоздал на оглашение завещания, ваш водитель забрал меня из аэропорта….
Я громко всхлипнула, покосилась на поникшую сестру и постаралась взять себя в руки.
— Он ее избил. Маму оперируют. Бабуля почти все оставила мне, вам завещано пять процентов фармацевтической компании. — Монотонно пробубнила я, обхватив себя руками и принявшись раскачиваться.