На таком расстоянии многое из того, что раньше ускользало от него, встало на свои места. Планы сделались грандиознее. Цезарь будет не только Первым Человеком в Риме, он собирался стать самым великим Первым Человеком из всех.
Однако теперь он видел, что этой цели невозможно достичь старым, простым путем. Такие люди, как Сципион Африканский и Гай Марий, одним поразительным, гигантским шагом превратились из консулов в военачальников такого масштаба, что это дало им титул, влияние, вечную славу. Катон Цензор сломил Сципиона Африканского, после того как Сципион стал неоспоримым Первым Человеком в Риме, а Гай Марий сломался сам, после того как его рассудок помутился из-за болезни.
Теперь Цезарь понимал, что не может получить нужную ему провинцию один, что ему нужны союзники более влиятельные, чем люди фракции, созданной им для себя. У него имелась приличная фракция.
Во-первых, Цезарю нужен Марк Лициний Красс. Как замечательно, что удача просто кинула Красса в его объятия! Контракты для сборщиков налогов создали предпосылки для совершенно непредсказуемого развития событий.
Но Цезарь также нуждался и в Помпее Великом. «Мне нужен этот человек, мне нужен Помпей Магн. Но как я привяжу его к себе после того, как обеспечу ему землю и ратифицирую его договоры на Востоке? Он – не римлянин и по натуре неблагодарный. Каким-то образом, не играя по его правилам, я должен перетянуть его на свою сторону!»
В этот момент уединение Цезаря нарушила Аврелия.
– Ты как раз вовремя, – сказал он, улыбаясь ей и поднимаясь, чтобы усадить ее в кресло, что делал редко. – Мама, я знаю, куда мне идти.
– Цезарь, это меня не удивляет. К звездам.
– Если не к звездам, то определенно на край света.
Она нахмурилась:
– Без сомнения, тебе уже передали, что говорил Непот в сенате?
– Красс рассказал обо всем. Он был очень расстроен.
– Ну что ж, рано или поздно это должно было всплыть опять.