– Вы с Юлией подружились, – заметил он.
– Только дурак не подружится с ней, – угрюмо ответил Помпей. – Она необыкновенная.
– Мне она тоже нравится, – улыбнулся Цезарь. – За всю свою маленькую жизнь она никому не причинила беспокойства, ни разу не поспорила со мной, не совершила peccatum.
– Она не любит этого ужасного, неуклюжего Брута.
– Знаю, – спокойно сказал Цезарь.
– Тогда как ты можешь позволить, чтобы он женился на ней? – гневно спросил Помпей.
– А как ты можешь позволить, чтобы Помпея вышла замуж за Фавста Суллу?
– Это совсем другое.
– Как это?
– Помпея и Фавст Сулла любят друг друга.
– А если бы не любили, ты разорвал бы помолвку?
– Конечно нет!
– Вот так-то.
Цезарь снова наполнил бокал.
– И все же, – произнес Помпей после паузы, глядя на дно бокала через розовое вино, – особенно нехорошо так поступать с Юлией. Моя Помпея – сильная, рослая девушка, шумная, бойкая. Она сможет постоять за себя. А Юлия – такая хрупкая…
– Это видимость, – возразил Цезарь. – В действительности Юлия очень сильная.
– О да, она сильная. Но каждый синяк на ее прозрачной коже будет заметен.
Пораженный, Цезарь повернулся и посмотрел на Помпея в упор:
– Очень проницательное замечание, Магн. Это на тебя не похоже.
– Может быть, ее я вижу лучше, чем других людей.
– Почему?
– Не знаю…
– Ты влюбился в нее, Магн?
Помпей отвел глаза.
– А какой мужчина не влюбился бы? – пробормотал он.
– Хотел бы ты жениться на ней?
Ножка бокала из чистого серебра треснула. Вино разлилось по столу, стекло на пол, но Помпей даже не заметил случившегося.
– Я отдал бы себя и все, что имею, за право жениться на ней!
– Ну что ж, – спокойно сказал Цезарь, – тогда мне надо кое-что предпринять.
Два огромных глаза впились в лицо Цезаря. Помпей глубоко вдохнул:
– Ты хочешь сказать, что отдашь ее мне?
– Почту за честь.
– О-ох! – охнул Помпей, откинулся на ложе и чуть не свалился с него. – О Цезарь! Все, что ты хочешь, когда хочешь! Я буду заботиться о ней, ты не пожалеешь, к ней будут относиться лучше, чем к царице Египетской!"
"– Искренне надеюсь на это! – смеясь, ответил Цезарь.
Но Помпей ничего не слышал. Он продолжал лежать, с восторгом уставившись в потолок. Затем он повернулся к собеседнику.
– Можно мне увидеть ее? – спросил он.
– Думаю, что нет, Магн. Будь умницей, ступай домой и предоставь мне распутать все, что сплелось сегодня.