– Прежде чем Помпей и его молодая жена покинут город, я предлагаю тебе послать за ним и предупредить, что в Риме существует заговор с целью убить его.
– Да, это я могу сделать. Но зачем? Чтобы напугать его?
– Нет, чтобы отвести подозрение от тебя, когда заговор выплывет наружу! – свирепо рявкнул Катон. – Предупреждение не испугает Помпея, но оно заставит его верить в существование заговора.
– Просвети меня, Катон. Мне это начинает нравиться, – сказал Бибул.
Счастливый Помпей предложил взять Юлию в Анций до конца мая и на часть июня.
– Как раз сейчас она занята с архитекторами, – сообщил он Цезарю, сияя. – Пока нас не будет, они преобразят мой дом в Каринах. – Он шумно вздохнул. – Какой у нее вкус, Цезарь! Она говорит, что везде должно быть светло и просторно! Никакого тирского пурпура и намного меньше позолоты. Птицы, цветы и бабочки. Не могу понять, почему я сам до этого не додумался? Но я настаиваю, чтобы наша спальня имела вид залитого лунным светом леса.
Как не рассмеяться? Цезарю это удалось не без труда.
– Когда ты уезжаешь? – спросил он.
– Завтра.
– Тогда сегодня нам нужно устроить военный совет.
– Для этого я и пришел.
– С Марком Крассом.
Помпей скис:
– Его присутствие обязательно?
– Обязательно. Приходи после обеда.
К этому времени Цезарю удалось убедить Красса перепоручить несколько важных встреч своим помощникам.
Они сидели в главном перистиле. День был теплым, и здесь никто не мог их подслушать.
– Второй законопроект о земле пройдет, несмотря на тактику Катона и ночные бдения Бибула, – объявил Цезарь.
– И ты будешь патроном Капуи, – добавил Помпей. Блаженное настроение новобрачного испарилось, как только заговорили о серьезных вещах.
– Только в том смысле, что закон называется «законом Юлия» и я, как его автор, даю Капуе гражданский статус. Однако, Магн, именно ты будешь раздавать там участки своим ветеранам. Ты будешь разъезжать по городу. Капуя будет входить в твою клиентуру, а не в мою.
– А я беру на себя восточные части Кампании, которые будут считать меня своим патроном, – согласился Красс.
– Сегодня мы должны обсудить не второй законопроект о земле, – сказал Цезарь. – Надо поговорить о моей провинции на следующий год, поскольку я не собираюсь быть проконсулом-наблюдателем. К тому же на следующий год нам необходимы свои старшие магистраты. Если у нас их не будет, большая часть законов, которые мне удалось провести в нынешнем году, в следующем будет объявлена недействительной.