– Все лежит на поверхности, жаль только, что не просто смотреть, но и видеть дано не всем. – Благодарю Ваше Высокопреосвященство за совет.
– Не за что, – вежливо ответил клирик. – Признаться, у меня в последние дни было отвратительное настроение. Вы меня развлекли, так что я у вас в долгу, а надо сказать, я терпеть не могу быть кому-то обязанным. Поэтому я вас удивлю. Что вы скажете про посла Дриксен?
– Он заменил заболевшего дуайена. – Если тот, разумеется, заболел. – Его Величество был с ним весьма любезен и пожелал кесарю всяческих успехов.
– А что фок Глауберозе?
– Поблагодарил.
– Граф – отменный дипломат, вам следует брать с него пример, – посоветовал кардинал, прихватывая щипцами сосуд и шевеля им песок. – Да будет вам известно, вчера утром пришло известие из Метхенберг. Западный флот Готфрида разбит наголову, можно сказать, его вообще нет.
– Как? – не понял Иноходец. – При таком преимуществе?
– Святой Адриан не советовал принимать желаемое за действительное. – Чужой, навязчивый запах заполонил всю комнату, и лицо Левия стало еще более сосредоточенным.
– Да, – хотя не так сильно, как могло бы быть.
– Один из дриксенских адмиралов, к слову сказать, ярый сторонник войны, счел уместным незамедлительно вернуться в Метхенберг. Если я не ошибаюсь, вам подобные люди попадались?
Тучи комаров над Ренквахой, липкая, жаркая духота и Кавендиш! Кавендиш, спасавший и спасший свою шкуру, а теперь восседающий за королевским столом.
– Да, – подтвердил Робер, – мне такие люди попадались.
– Мой вам совет – не оставляйте их за спиной ни на войне, ни тем более во времена, которые по недомыслию называют мирными. Кстати, – кардинал слегка передвинул сосуд, – что было в шкатулке, обнаруженной под рукой покойного Франциска Оллара?
– Обручальный браслет Октавии. – Франциск любил свою королеву, а она так и не забыла Рамиро. – Я его видел, он принадлежит Ветру.
– Вот как? – удивился Левий. – Узурпатор поворачивается к нам неожиданной стороной. Так же, как и его пасынок. Не каждый положит отцовскую реликвию в гроб отчима. Гробница все еще закрыта?
– Да, нужно, чтоб яд потерял силу.
– Октавия Алва была доброй эсператисткой, – сообщил Его Высокопреосвященство, не отрывая взгляда от шадди, – она будет похоронена по обряду. Что до ее второго супруга, то Его Величество, перемешав останки, соединил их навеки.