Вы были бы там, в сорок первом, вы бы знали дислокацию, ТТХ и все остальное… только смысла в этом было бы чуть. Совсем немного. Вообще не было бы. Вы изменили бы историю, она пошла бы по-другому, но и ваша ценность была бы сведена к нулю. Или вы по скромности своей полагаете, что смогли бы (если бы вам позволили) управлять войсками лучше, чем Павлов, Власов, Жуков, Рокоссовский? – генерал откинулся на спинку дивана и скрестил руки на груди. – Это сейчас вы все видите на карте, вам понятно, что немец ударил не на Смоленск, а двинул войска к Киеву, а там, в том времени, когда люфтваффе превратило ближние тылы в кровавый ад, а танки рвут линию фронта в клочья и никто не может толком сказать, где в самом деле прорыв, а где просто паника – вы сможете ориентироваться в обстановке лучше других? Поправьте меня, если я что-то не так сказал.
– Ну… Ладно, пусть не командование войсками, пусть не информация, но ведь если внести изменения в технику… Ускорить научно-технический процесс… – Богдан говорил и понимал, что в голосе нет уверенности.
Богдан вспомнил, что и сам неоднократно высмеивал книги и фильмы о «попаданцах».
– Что? – спросил старик.
– И песни Высоцкого, – совсем уже обреченным тоном произнес Богдан. – Обязательно – песни Высоцкого…
– Я так понимаю, что это самоирония?
– Не без того…
– Усовершенствовать танки? Куда же дальше? – невесело улыбнулся старик.
– Я знаю.
– Да? Так что вы могли бы сделать там, в прошлом? Насыщенность автоматами у нас была выше, автомобилями – выше… Авиация хуже – это как посмотреть. Кстати, это я сейчас такой умный, а тогда, в сороковом и сорок первом, даже я был искренне уверен, что мы сможем надавать по лицу любому супостату.