— Я нашел тебе твою Ждану Лебедеву!
— Не Ждану, а Жанну!
Объясняю ему, что произошло, а он только чешет в затылке.
— Но это единственная девушка с такой фамилией… Пойдем по комнатам…
И мы идем на поиски. Заходим чуть ли не в каждую дверь в этом треклятом приюте для жертв насилия — какой же он здоровый! Бродим чуть ли не час, опрашиваем, а толку ноль.
— Ты сказал, не всех спасли…
Громов неохотно кивает:
— Жертвы были, но погибших опознали, Лебедевой среди них нет, так что будем искать!
После его слов чувствую себя немного увереннее.
— А что в том зале? — киваю головой туда, откуда раздается музыка.
— Там дети, с ними занимаются.
— Дети? — хмурю брови.
— Ну конечно, дети! Ты думаешь, как такое большое количество женщин держали в подчинении? У клуба в заложниках находились их дети!"
"«Может, и у Жданы тоже?» — приходит в голову абсурдная мысль.
У этой женщины идеальная грудь! Ее стопроцентно не касался ни один младенец, хотя, может быть, она просто не кормила таким образом?
— Я хочу взглянуть на детей!
Громов прищуривается, чувствую, что очень хочет отказать, но всё же не делает этого.
В большом зале шумно и весело. Воспитательница играет на пианино, а вокруг нее стайка ребят от семи до десяти лет. Есть группы детей помладше, постарше. Кто рисует, кто что-то лепит, кто просто читает книги.
Обойдя зал кругом, я вдруг замечаю у окна одну особенную девочку. Она ничего не делает, просто смотрит в окно каким-то грустным и невероятно взрослым взглядом.
Мне не нужно никаких анализов, никаких доказательств, чтобы узнать в этой рыжей девчушке дочь моей Жданы. Это маленькая она. Хрупкая, совсем еще юная, но уже очень красивая. Маленькая девочка-девушка… она тонкая, как тростинка, у нее такие же бровки домиком, пухлые губки, такой же разрез невероятно голубых глаз.
— Как тебя зовут, малышка? — спрашиваю, подойдя ближе.
— Аня! — говорит она ничуть не стесняясь.
«Мы с Анечкой ходили в кино!»
«Мы с Анечкой были на кукольной пьесе!»
Я бесконечно слышал от Жданы «мы с Анечкой» да «мы с Анечкой»… А дважды два не сложил! Ну конечно, с какой такой подругой можно ходить в цирк, зоопарк, кататься на лошадях.
Смотрю на эту малышку, а самого аж до костей пробирает. Пусть делал не я, пусть вообще вижу эту рыжую мелочь первый раз в своей жизни, но отчего-то вдруг чувствую за нее ответственность. Даже больше, хочу нести эту ответственность.