Да, дочка не моя, но Жданина, а значит, по умолчанию дорогой для меня человечек.
— Анечка, а где твоя мама?
Вдруг знает…
Глаза девочки мгновенно увлажняются, и она говорит жутко расстроенным голосом:
— Она куда-то пропала! Раньше она мне каждый день звонила, но уже давно не звонит… А ты — дядя Натан, да?
Вот этого не ожидал. Стою и не знаю, как реагировать.
— Ты знаешь, как меня зовут?
— Мама про тебя рассказывала… Что ты добрый, что ты хороший… И я видела сотню твоих фотографий! — с грустной улыбкой отвечает она.
— Господи, я надеюсь не те, что были сделаны в горах?
Девчонка слишком рьяно мотает головой, из чего делаю вывод, что, конечно же, те тоже видела. Поджимаю губы, вспоминая шутовские фото, которые Ждана делала во время нашего похода. Тогда я проспорил ей желание, и она заставила меня позировать в юбке. Пари — дело святое.
Дочери про меня, значит, рассказывала… А мне про нее не стала! Крепко держала свой маленький рыжий секрет.
— Анечка, — вдруг решительно к ней обращаюсь, — а ты не хочешь пожить у меня, пока я ищу твою маму?
— Ты будешь ее искать? — спрашивает девочка с надеждой.
— Конечно буду! — быстро киваю. — И обязательно найду!
Она улыбается мне и неожиданно спрашивает:
— А потом?
— Что потом?
— Потом мне тоже можно будет с вами жить?
До меня не сразу доходит, как глубок и важен для девочки этот вопрос, но я всё же догадываюсь.
— Да, Анечка, ты всегда сможешь с нами жить!
Глава 72. Анна и Флора
Тогда же:
Натан
— Как это я не могу ее забрать? — буравлю старшего воспитателя хмурым взглядом.
У нее усталое лицо, а в высокой прическе полно седых волос — должно быть, немало повидала за свою жизнь, однако слабее от этого не стала.
— Я — жених ее матери! — в который раз повторяю.
— Но не отец… — тут же отбивает подачу она.