- Значит, кто-то еще выращивает правильную пищу, - сказала Кедевисс. - Или заказывает ее подвоз из других городов.
- Они немало потрудились ради нас, - заметил Ненанда. - И это беспокоит.
- Скол умирает, Араната, - сказала Десра.
- Да.
- Они возвращаются! - завопил Ненанда.
- Нимандер знает, что делать, - заявила Десра.
- Да, - отозвалась Араната.
***
Она кружила в небесах, и даже ее сверхъестественно острое зрение с трудом проницало вечную темноту внизу. Куральд Галайн - совершенно чуждый садок, даже в здешнем рассеянном и ослабленном состоянии.
Скользнув в восходящий над краем утеса ветер, Ворон направилась к узкому балкону крепости.
Он стоял один. Она уже привыкла к этому. Сын Тьмы замкнулся в себе, словно ониксовый цветок, а полуночный колокол звенит - удар за ударом, до последнего, двенадцатого - за ним последует лишь эхо, пока не затихнет и оно, оставив безмолвие. Она изогнула крылья, замедляя полет, и стена крепости прыгнула навстречу. Бешено замахав крыльями, она уселась на каменную стену, вцепившись когтями в гранит.
- Меняется ли вид отсюда? - спросила Карга.
Аномандер Рейк опустил взор, рассматривая гостью.
Карга раскрыла клюв, молча смеясь. Минуло несколько ударов сердца… - Тисте Анди - народ, не склонный к выражению внезапного веселья, не так ли? Танцы в темноте? Дикий, беззаботный прыжок в грядущее? Думаете, наш побег из гниющей плоти не стал торжеством радости? Удовольствия рождения, восторга обретения жизни? Ох, у меня кончились вопросы. Воистину нынче грустное время.
- Понимает ли Барук, Карга?
- Более или менее.
- Что-то происходит на юге."
"Она согласно замотала шеей. - Что-то, о да, что-то. Впала ли жрица в безумную оргию? Нырнула ли за ответами на все вопросы? Или отложила потребность в ответах на потом, на время большей удачи? Но … реальность вернулась. Проклятие реальности! Чтоб она упала в Бездну! Пора нырять снова!
- Путешествие испортило тебе настроение, Карга.
- Не в моей натуре грустить. На деле я презираю грусть.