Есть такой общевселенский закон.
– Я помню, прадед писал в своей Книге о законе перемен, но связывал его с Игрой больших разумных систем типа нашей Метагалактики между собой. Или ты в нее не веришь?
– Дело не в моей вере. Я вполне допускаю, что Вселенная в целом и даже ее фрагменты вроде метагалактического домена, в котором мы живем, обладают интеллектом и личностным аспектом. Я допускаю, что различаются они частотными диапазонами, накопительной и пропускной способностью по отношению к информационным потокам, циркулирующим во Вселенной.
– Нашим аналитикам тоже, – улыбнулся Влад, вдруг поймав себя на том, что назвал геянских специалистов «нашими». – Как писал мой прадед: спрашивать, в чем смысл Игры, все равно что спрашивать, в чем смысл жизни.
– Твой прадед был мудрым человеком.
– Он был файвером. Но где и как искать файверов или их потомков, не написал.
– Ты говорил, что познакомился с девицей…
– С Улыбой Железовской.
– А твой прадед не упоминал о предках Железовских?
– Упоминал Аристарха… – Влад замолчал, вспоминая страницу Книги, на которой Ставр Панкратов вел речь об Аристархе Железовском, и одновременно – совет учителя внимательно перечитать Книгу.
– Ты уверен?
– Н-нет.
– Так выясни.
– Каким образом?
– Если твоя знакомая, Улыба, – правнучка Аристарха, то она может спуститься по родовой линии памяти до любого предка и уточнить детали.
– Я тоже интраморф, но никогда такого не делал.
– Не было нужды. Хотя это, наверное, опасный процесс, лучше проконсультируйся с кем-нибудь на этот счет. С учителем или с учеными. Но я уверен, что такой ретропоиск возможен.
Влад задумался. С одной стороны, он не верил в возможность «спуска вниз» по линии родовой памяти, с другой – идея Уанкайовы импонировала ему тем, что появлялась веская причина новой встречи с Улыбой.
– Пожалуй, я полечу в Беляны.
– Куда? – не понял собеседник.
– Так называется деревня, где живет Улыба. Прямо сейчас и полечу, нет смысла откладывать этот визит. Ничего не получится, тогда буду думать, что делать дальше. Начну поиск с… – Влад едва не сказал: «со спейсера «Маг» на Солнце», но вовремя остановился.
– Правильно, – сказал афроид с одобрением.