Адаптация к взрослой жизни

Саша аккуратно положила самый маленький на стол и вернулась на кровать с двумя другими. Облизав наконечник меньшего «члена», Саша осторожно пустилась на него, присев на согнутых коленях, а затем, придерживая левой рукой, стала осторожно приподниматься и опускаться на нём в плавно нарастающем темпе."

"Вера нетерпеливо повела ягодицами и гостеприимно прогнула спину, подаваясь в сторону Саши. Та поняла намек и, облизав наконечник большого «члена», осторожно стала проникать им во влагалище Веры. Та нетерпеливо еще сильнее подалась назад, принимая изделие сразу на всю длину.

Саша отбросила стеснение и стала двигать имитатором в бешенном, резко напористом ритме, а Вера, резко подмахивая задницей, подавалась назад всем телом, прижимая Сашину руку к себе. Настя продолжала свои заигрывания в той же позе, разве что сменила руку с правой на левую.

Через пару минут всё ускоряющейся скачки Вера подалась вперед и попыталась дотянуться языком до влагалища Насти. Та поспешила прикрыться ладошкой, но Вера, высвободив свою руку, схватила ее за запястье и убрала преграду.

Настя подчинилась и подвинулась чуть навстречу Вере. Та прильнула к влагалищу, и, спустя несколько секунд плавных колебаний головы у себя между ног, Настя разразилась такими стонами, что их возможно было услышать даже в нашем флигеле.

Девочки задвигались в общем, всё нарастающем темпе. Это было великолепное зрелище, столь возбуждающее, что я почувствовал боль в паху, так как члену стало тесно в узких джинсах.

Юные изящные тела, упругие груди, жаркие стоны – всё это необыкновенно вдохновляло и влекло. Тело Веры заметно блестело от пота, Саша по-прежнему кусала губы, и только Настя стонала и вскрикивала, громко и яростно, сразу за всех троих. Их синхронные и точные движения напоминали слаженный механизм, будто некий живой паровоз, где Саша была машинистом и кочегаром, задающим темп и поддающим жара. Вера была как топка и поршень, поддерживающая горение и передающая движение дальше, а Настя была труба и свисток, через которую вырывалась наружу вся чудовищная энергия их совместной любви.

Первой в идеальном механизме вышла из строя Настя. Ее протяжный стон перешел практически в визг, и она сама себе зажала рот ладонью, а другой рукой надавила на затылок Веры, словно пытаясь затолкнуть ее внутрь себя. Спустя пару секунд она отпустила ее и расслаблено откинулась на стену, тяжело хватая воздух широко раскрытым ртом.