Я не хочу лишний раз накидывать стазис на ингредиенты."
"Я свернул в ближайшую подворотню, в голове выстраивая новый маршрут до пекарни. Но тут моё внимание привлёк какой-то шум. Чем дальше я заходил вглубь тёмных переулков, тем громче становились крики о помощи. Надо же, как неожиданно… (Нет.)
Я продолжил идти не спеша, думая, что день явно не задался.
За поворотом мы с Доном наткнулись на тех воришек, которые промышляли на рынке. Они зажали старуху с девчонкой в углу. Последняя была вполне во вкусе брата. Хорошо, что он не здесь.
— Помогите! — истошно завопила бабка.
Я моргнул и решил понаблюдать за развитием событий.
— Да не ори ты! — худощавый вор приставил нож к горлу старухи. — Снимай уже свои цацки. И девке скажи!
Я задумчиво склонил голову к плечу, но тут вор заорал:
— Куда ты смотришь, аристократическая дрянь?!
Второй, жирный, достойный поклонник Бегемота, резво повернулся в мою сторону. Несмотря на свою комплекцию, двигался он быстро. Воришка наставил на меня нож.
Сейчас начнётся.
— А ты ещё кто такой?!
— Прохожий, — пожал плечами. — Если грабите, то я вас не отвлекаю.
— Хватит болтать. Ты как раз-таки отвлекаешь! — они вдвоём преградили мне путь. — За зрелище придется заплатить. Гони бабки и не смей никому об этом рассказывать, или мы…
Первый тощий тип провел тупой стороной ножа по своей шее, показывая, что со мной будет.
Насмешили.
Прищурившись, я взглянул в их души, узнавая прошлое. Приоткрыл лишь чуть-чуть. Ничего интересного. Убийства за деньги и ради наживы.
— Или? — я приподнял бровь, растягивая губы в улыбке.
Девушка уткнулась в грудь старухи, дрожала и плакала. А та, наоборот, смотрела на меня пронзительным взглядом. Интересно, почему она так решительна? Думала, что я им помогу, раз остановился? Моё время стоит дорого. Каждая его песчинка была на вес редчайшей муки.
— Фер, ты же пощадишь этих смертных? — нудел у меня над ухом Дон.
— Отвали, — улыбнулся я, отмахнувшись от духа, как от назойливой мухи.
Воры приняли это на свой счёт и сделали шаг в мою сторону.
— А ты ничего не попутал, мужик? — оскалился жирный. — Совсем оборзели эти золотожопые аристократы, думают, что они бессмертные!
Интересное предположение.
— В точку, — кивнул я.