Почему-то светло-серой, пушистой и жующей красную розу, которую я с перепугу приняла за кровь.
– Всё просто, – налюбовавшись моим клубком – хотя чем там любоваться? – принялась за объяснения Кори. – Портал перемещает в разные точки живого леса.
– Живого?
– Ага, клёвая штука – любую местность воссоздать может. Так вот! Лес создаёт персональную зону и проводника, согласно личным предпочтениям адепта. Проводник – это первый этап. Раньше бывали случаи, когда обманным путём в академию поступал кто попало. Так вот, при слишком низком уровне дара, помощник не появляется, и обманщик остаётся топтаться на месте, пока его обратно не выбросит.
Личным предпочтениям, говорите?
Мышь, невзирая на нежный цвет и пушистость, выглядела, мягко говоря, устрашающе. Со мной-то всё понятно – сказок надо было меньше в детстве читать.
Я покосилась на лес за её спиной – как-то прежде не до того было. А зря! Потому как ощерившиеся голыми ветвями мёртвые деревья, увешанные паутиной, и булыжники в разводах плесени несколько настораживали. Хоть и были окрашены в нежные пастельные тона. Впрочем, несоответствие формы и цвета пугало ещё больше.
Это как гильотину розовыми ромашками разрисовать – невольно задумаешься, что у автора сего творения в голове и не пора ли вызывать санитаров.
Переведя взгляд обратно на Кори, я лишь чудом удержала лицо.
Наверное, как она и говорила, ""лишнее"" сняли, и оставалось только радоваться, что это произошло лишь сейчас.
С клыкастой девицей, чьи чёрные глаза посвёркивают полосками красных зрачков, я бы вряд ли стала знакомиться и вести беседы.
– А вот и портал! – продемонстрировала оскал вурдалака Кори, махнув рукой на засветившуюся рядом с нами арку. – Чур, я первая! – воскликнула она и, чмокнув напоследок свою мышь в мохнатый нос, рванула навстречу учёбе.
"Зейн"
"В кабинете его величества опять висело напряжённое молчание. Отец сидел, закинув ноги прямо на письменный стол, и медленно тянул из бокала вино.
Я предпочёл ромашковый чай с добавлением пустырника. Слуги, увидав выражением моего лица и состояние одежды, подали чайник размером с ведро, и это было очень кстати.
– Ненавижу Вэларта, – когда молчание совсем уж затянулось, буркнул я.
– Угу, – отозвался отец.