"
"Еще раз оглядев два десятка мужчин, одетых по большей части в почти одинаковые черные фраки, разбавляемые редкой военной формой, царедворец едва заметно кивнул (похоже, сам себе) и величаво отбыл в неизвестном направлении. С тем, чтобы очень быстро вернуться, и буквально парой жестов организовать нестройную толпу представляемых в ровную четкую шеренгу. Ожидание чего-то важного и значительного буквально зримым облаком окутало соискателей монаршей милости, заставляя их неосознанно выпрямлять спины и поголовно демонстрировать безупречную выправку — некоторые требования были одинаковыми как к военным чинам, так и к гражданским.
Тут будет реклама 1
Все находились в едва заметном напряжении, предвкушении, легком, но тщательно подавляемом волнении… Или не все? Один из счастливчиков выглядел как все, вел себя как все, вот только бесстрастно-вежливое выражение его лица не было привычной маской. Он действительно был спокоен — и тогда, когда высаживался из специального поезда на Балтийский вокзал. И тогда, когда его вели мимо бронзового памятника первому владельцу дворца, столь неудачно запутавшемуся в собственном шарфе и упавшему от этого виском на табакерку.
Тут будет реклама 2
Три раза подряд. И даже в переходах и галереях Гатчинской резиденции его больше интересовали интерьеры и картины, нежели предстоящая ему аудиенция. Это чувство изменило ему только один раз — тогда, когда гофмаршал своим внушительным голосом возвестил появление венценосной четы. Ибо Самодержец, Хозяин земли Русской, и прочая и прочая и прочая, приветствовал и принимал своих верных подданных, будучи одет в мундир.
Тут будет реклама 3
Обычную повседневную форму лейб-гвардии Преображенского, (чьим августейшим шефом государь, собственно, и являлся), вот только именно у него она была далеко не новой. А в одном месте, рядом с рукавом, так и вовсе слегка того. Потертой. Мелочь, небольшой штришок, августейшая блажь — но именно это заставило князя искренне удивиться. А еще, как это ни кощунственно звучит, добавило некую толику уважения к императору.
Тут будет реклама 4
""Помнится, Михаил пару раз упомянул, что-де отец работает по десять часов в сутки, и даже в субботу занят до часу-двух дня. Работает! А мог бы сачковать, передоверив большую часть забот министрам"".
Каждому, кто находился в приемной зале Арсенального каре Гатчины, государь уделял не больше двух-трех минут, так что очередь-шеренга из аристократов быстро редела, иногда тормозясь на каком-нибудь счастливчике, удостоенном боле длительного разговора.
