По лестнице поднялся Степан, один из моих диверсантов. С собой он принёс тот самый мощный арбалет, с помощью которого мы закинули на стену болт с крюком. Степан, взглянув на нас, молча упёр арбалет в пол и стал натягивать, с помощью ворота, тетиву. Делал он это спокойно, словно забивал гвоздь в стену. На немца ему было глубоко наплевать. Фон Дениц смотрел на моего бойца. Степан, натянув тетиву, вложил в арбалет болт с бронебойным наконечником. Поднял его и навёл на Ульриха. Всё молча, равнодушно и без всякой команды.
Ландсгерр был явно не дурак и понял, что добраться до меня он не сможет в любом случае. Протянул одному из ратников свой шлем.
— Подержи.
Ратник глянул почему-то на меня. Я отрицательно качнула головой. Мужчина всё понял и посмотрев на рыцаря, тоже отрицатель качнул головой. Только поудобнее перехватил меч. Ульриху ничего не оставалось сделать, как положить шлем на каменный пол. А учитывая его доспех, это было не так просто сделать.
— Принцесса Трапезундская и Византийская, Александра Комнина-Великая.
"Иван и второй ратник, отступили. Ульрих продолжал стоять в коленопреклоном положении, протягивая мне свой меч и опустив голову. Я всунула в ножны катану.
— Я принимаю твой меч, Ульрих фон Дениц, как знак твоего повиновения. Встань, ландсгерр Ливонии. Я обещаю тебе, что ты не будешь унижен и тебе не причинят вреда до тех пор, пока сам не предпримешь что-то, что может нанести вред мне или моим людям, пока мы находимся здесь. И тебе будет оказано внимание, достойное благородного рыцаря.