Александра (СИ)

Теперь верю, что принцессы вы обе, и рад, что обе Рюриковны. Ты привезла настоящие сокровища.

— Это ещё не всё, государь.

— Не всё?

— Есть ещё святыни. — Посмотрела на митрополита. Мои слова, сказанные Василию, слышали многие. Наступила полная тишина. — После того, как апостолы сняли тело Спасителя, его завернули в погребальный саван. И отнесли в склеп, который предоставил им Иосиф Аримафейский. Именно оттуда Иисус вознёсся на небо. После него остался погребальный саван. Или по другому плащаница. На ней отпечатался лик Спасителя и кровь его.

Плащаница тоже является Орудием Страстей Христовых. Василий. — Ко мне подошёл муж Елены. Принёс кожаную суму. Я скинула с себя шубу, расстелила её перед троном. Ко мне подошла Елена и тоже сняла свою шубу. Мы разложили их, расправили. Потом я вытащила из сумы сверток, завёрнутый в шёлк. Распаковала. Мы с Еленой аккуратно расправили плащаницу. Василий вновь встал. Стоял и крестился. Точно так же, как и митрополит и все остальные. Я тоже стала креститься. Елена глядя на меня, повторила. Митрополит передал кому то крест. Опустился на колени перед плащаницей. Я услышала, как он молился.

— Владыко, — обратилась я к нему, — прошу принять плащаницу. Я не имею право хранить её.

К плащанице подходили бояре, молились, кто-то вставал на колени. Я оглянулась на свёкра. Фёдор Мстиславович был бледен, постоянно вытирал пот со лба. Шапку он снял. Бояре пытались дотронуться до плащаницы. Мне пришлось вмешаться.

— Бояре, прошу вас не трогайте плащаницу. Она очень старая, ей полторы тысячи лет.

Очень ветхая. Вы можете, сами того не желая, повредить её.

— Всё отошли! — Рявкнул Василий. Бояре отхлынули от плащаницы. Митрополит продолжал молится. — Сядьте на свои места! — Государь зло смотрел на весь боярский кагал. Все замолчали. Мы ждали, пока митрополит закончит молитву. Потом он наклонился и поцеловал край плащаницы. Приложился к ней лбом. После этого поднялся с колен. Посмотрел на нас с Еленой."

"— Сложите её назад, дщери наши.

Мы с Еленой принялись бережно складывать её.

Сложили, завернули в шёлк, потом я поместила свёрток в кожаную суму. Ко мне подошли двое, церковные служки. Откуда они взялись я не поняла. Отдала им плащаницу. Они унесли.

— Александра? Это всё? — задал вопрос Василий.

— Нет ещё, государь. Осталась чаша, мощи Георгия Победоносца, покровителя русского воинства и казна.

— Господи Иисуси. — Василий перекрестился. — Ты полна неожиданностей, Александра. А ещё говорили, что ты лекарка знатная?

— Да.