Это другой Шуйский. Он был воеводой полка правой руки, а сейчас наместник рязанский.
— Тоже не плохо. Я в восторге! Кто ещё?
— Василий Васильевич, по прозвищу Бледный. Но он, Сашенька, старик уже совсем. От дел отошёл. Слышал я, подстриг принять хочет и уйти от мира.
— Бог с ним, пусть идёт в монахи. Кто ещё?
— Ивана Скопу, его ещё зовут Большой ты знаешь. В каземате сидит. Есть его брат, тоже Иван, зовут Меньшой по прозвищу Хрен.
— Как? Хрен? Почему? — Я удивлённо смотрела на свёкра. Елена засмеялась.
— Наверное у него хрен так хрен. — Вставила она свои пять копеек. Папан посмотрел на Елену непонимающе.
— Да не знаю я его, почему так зовут. Воевода он сейчас в землях, что у Ливонского Ордена отобраны были.
— Тоже воевода? — Свёкр кивнул. — То есть, под его началом тоже войска стоят?
— Да. И не мало.
— Какой кошмар. — Я нервно засмеялась. — А ещё? Я батюшка даже боюсь спрашивать дальше.
— Михаил Васильевич Шуйский. Наместник сейчас Переяславский. Сын его, Андрей Шуйский по прозвищу Частокол.
— То есть, под его началом тысяча сабель?
— Всё так, дочка.
— Бл…ь, как весело то! — Я не смогла сдержаться. Свёкр осуждающе покачал головой."
"— Ещё Иван Михайлович по прозвищу Плетень. Они с Частоколом братья.
— Частокол, Плетень… А что их так прозвали?
— Было за что. Под его началом пять сотен конных ходит. — Я выдохнула. Фёдор Мстиславович печально кивнул мне.
Я посмотрела на свёкра. Не знаю, что было на моём лице, но боярин, как в своё время и Елена, чуть отодвинулся от меня.
— Дочка, Саша, ты чего?
— А это папенька, мы ещё посмотрим, кто и кого прощать будет, а кто нет?! Поэтому, Фёдор Мстиславович, копать нужно глубже. Здесь заговор. Я знаю это.
— Шуйские вторые по очереди на Великий Престол, после Московской династии Даниила.
— Не поняла?
Свёкр тяжко вздохнул, потом продолжил:
— Шуйские ведут свой род от суздальско-нижегородских князей. То есть, свой род ведут от младшего брата Александра Ярославовича, прозванного Невским, Андрея Ярославовича.