"
"К пяти часам были запечены в духовке куры, поджарена картошка, нарезаны салаты. Квартиру наполняли аппетитные запахи, Оксана металась с кухни в комнату к столу и обратно, дополняя стол последними штрихами. Она надела открытый красный сарафан на длинной «молнии» сзади. Александр любовался женой и был ею очень доволен.
Белая скатерка и цветные салфетки очень украсили стол, но разнокалиберная казенная посуда портила впечатление, и Александр решил, что с первой же получки купит комплект тарелок, рюмок и фужеров.
Гости пришли вовремя, Ирина Александровна принесла самолично испеченный яблочный пирог. Вначале все держались скованно, но после нескольких рюмок расслабились, и настроение улучшилось. Белов с удовольствием пил коньяк и был польщен тем, что новый сотрудник знает его вкусы, Шульгин привычно глотал водку, женщины пили шампанское, хотя Ирина Александровна и предлагала Оксане перейти на коньяк. Та выпила рюмочку, но больше не стала. Сложнее всего пришлось Александру – он тоже хотел пить шампанское, но Белов сурово сказал:
– Ты что, нас споить хочешь, а сам трезвым остаться?
– Да что вы, Евгений Романович, и в мыслях не было, – Александр покраснел.
– Тогда пей, как положено!
Пришлось пить на равных.
Гости, как водится, подняли тосты за прибытие Кудасовых к новому месту службы, потом за внеочередное звание, потом за первую в жизни молодоженов квартир у, потом за красивую и старательную хозяйку.
Александр тоже выпил за старшего наставника Евгения Романовича и его супругу, за товарища по службе Игоря Шульгина, за всеобщее благополучие.
Белов расслабился и, как показалось Александру, размягчился.
– Знаешь, как я срочную служил? – полковник прищурился, то ли от дыма сигарет, которые смолил одну за другой, то ли от воспоминаний.
– На точке. Тогда твердотопливных ракет почти не было, жидкостные дежурили.
Он затянулся, выпустил дым, потянулся за стаканом, не чокаясь выпил.