Опускаю руку, глажу кота – вспомни уж былое, если ты был домашний! Кот мурчит и хочет запрыгнуть мне на плечо – эй, а что я с этим приобретением буду делать?
– Позвольте мне, – старшая из женщин ловко забирает у меня кота. – Пане офицер, а можно? – и прижимает зверька к груди. Кот шипит, ему не нравится.
А в принципе, чем хвостатый помешает? Однако интересно, вот никогда бы не сказала старая коммунистка: «Пане офицер»… Кто же ты, если за тебя сам Сталин? Или брюнетка главная? Не похоже, и смотрит на меня настороженно, даже чуть враждебно, неужели из АК или среди людовцев тоже есть за «от можа до можа»? А старшая просто смертельно устала – что угодно, лишь скорее! И на родственниц не похожи, и на сколько-нибудь близких людей.
Ладно, после над этой загадкой думать буду! Сейчас без шума выдвигаемся к берегу. Нам еще надо немецкие катера убрать."
"Поначалу всё шло, как задумано. На исходную вышли без помех – кто бы мог нас тут обнаружить? – впереди мы, четверо «ночных снайперов» и двое «пираний» для подстраховки, шагах в ста позади все остальные – раз нашей подготовки у них нет, могут и нашуметь, а слышно ночью у воды далеко.
Хлоп, хлоп, хлоп. «Винторез» не СВД, но на ста – ста пятидесяти метрах с ним не сравнится ничто! Фрицы даже не поняли, откуда к ним прилетело.