Это и есть та самая глубокая, крепкая связь.
Настоящая близость.
Я будто читаю мысли своего мужа, а он мои. И я знаю, что больше всего на свете он хочет уйти из зала и отправиться в наш номер, чтобы напомнить, как хорошо он знает не только мою душу, но и тело.
- Соскучился? - спрашиваю тихо, игриво, Дамир усмехается и подтягивает меня еще ближе.
- Ты мне скажи.
- Чувствую, что да.
Приподнимаю ногу и совсем легко касаюсь коленкой его ширинки.
Мурашки тут же бьют с новой силой.
Я издаю тихий, мурчащий стон, откидываю голову назад немного и прикрываю глаза.
Вокруг так много людей…
Они празднуют день рождения Дамира. Веселятся. Танцуют под быструю музыку, кричат что-то.
Но для меня их нет.
Есть только он и я.
Дамир двигается мне навстречу, проводит языком по шее, а потом захватывает кожу и утробно рычит.
Эти импульсы…я в них теряюсь на мгновение. Внизу живота дико тяжелеет, между ног становится жарко и влажно.
- Я тоже хочу уйти, - шепчу ему в губы, Дамир пару раз кивает.
- Знаю.
Взрывается хлопушка. За ней еще одна. И еще. Еще.
Нас осыпает золотое конфетти. И я смеюсь, ловя хлопушки лапками.
Да…наша жизнь в Москве будет великолепной.
Я чувствую.
После; девять месяцев спустя
Я вылетаю из шумного клуба, как пробка из бутылки. Спотыкаюсь на неудобных, но модных босоножках. Холодно - адски! На дворе апрель, для такого ""лука"" для всех нормальных людей время настанет лишь через пару месяцев.
Не мой случай.
В этой проклятой Москве по-другому одеваться нельзя! Особенно в такое место! Я не могу заявиться сюда в теплых уггах и гребаном платье в пол!
Не поймут.
Господи, как же меня тошнит от этого «не поймут», аж глаз дергается! Но это Москва. Она кусачая, она злая, у нее свои правила выживания. Жестокие, циничные, резкие и острые.
Никакого сочувствия. Хочешь быть своей в «крутой» тусовке? Хочет не сдохнуть в «стае»? Терпи.
Ты многое должна терпеть, даже если тебя уже тошнит. Даже если дышать сложно. Даже если изнутри у тебя уже обрыв - сомкни посильнее челюсти, иди вперед и терпи, сука! Улыбайся и терпи.
Я долго терпела.
Я так долго терпела, что, кажется...черт, у меня совсем не осталось сил. Не ради них. Мне плевать на то, что они обо мне подумают - мы не друзья, я это уже поняла. Им на меня вообще насрать, а если честно, то, наверно, даже наоборот. Все, чего они хотят - моего падения. Теперь это очевидно.
Я терпела ради него.
Ради него…
Ради моего самого любимого человека, и...