Я уже видел с утра в небе двух птиц. Это не совпадение. Конечно, почтовые беркуты редки, но не настолько, чтобы не было шанса, что сразу трех за полдня послали в сторону Иссолии. Но Вередские испокон века держат только альбиносов — это их фирменный знак, а в небе точно не белые птицы. Скорее всего кто-то следит именно за нами, Илия. И я не исключаю, что готовит ловушку.
Я пожала плечами. Можно подумать я ждала иного. С рассуждениями Витара сложно было поспорить. Он знает местные реалии и ему видней.
В горское село мы въехали еще через пару часов подъема. По пути лишь обогнав одинокого деда на старом одре. Притом оба, что хозяин, что конь, были настолько древними, что удивляло, как они просто способны двигаться, а не то что по горным тропам. Но эта парочка очень медленно, но ползла, еще и сосредоточенным видом перла на крупе большой мешок с чем-то явно не легким, а на спине деда была ещё и заплечная сума не малых размеров.
— Горцы народ крепкий, — пожал плечами Витар, на мой восторг от увиденного. — Этот ещё не вооружен, что даже странно. Обычно такой дед ещё и сабелькой помахать довольно прилично сможет! А что ты хочешь — дикий край! Сам себя не защитишь, до власть придержащих за помощью не набегаешься.
— Ну да, логично…А кинжал у деда был! Я заметила, что рукоять торчала из под одежды.
— Вот видишь! Раз двигаешься — значит и воевать сможешь! Закон гор!
Село появилось из-за очередного поворота, раскинувшись на относительно небольшом ровном участке десятком бедных лачуг и парой каменных домиков покрепче. По единственной улице бродили куры, громко брехали псы, завидев в нас чужаков. Из первого же жилища показались пара боевого вида лучников и крепкий мужичок с окладистой бородой. Витар дал мне знак остановиться, а сам спрыгнул с лошади и шагнул к встречающим, показывая пустые руки.
Вскоре нас проводили в дом и сытно накормили горячей пищей.