Игнорирую остальных.
— Ну да, собственно… как же без тебя?… — ухмыляется она недобро, опуская взгляд в стакан.
А я не хочу проникаться этим пренебрежительным тоном. Я просто любуюсь на ее профиль и любимые мною черты.
Допивает свой коктейль.
— Присядь к нам и ты, Арс. Будь любезен.
Сажусь, оглядывая всех по очереди. Пашка совсем сдутый, Костя идет своими красными пятнами.
— Девушка, — взмахивает рукой Дина.
Жанна приносит ей еще один коктейль.
— А как Вас зовут, девушка? — улыбается ей Дина.
Не глазами, только губами.
— Жанна, — растерянно оглядывает она нас всех по очереди.
— А присядьте к нам тоже, пожалуйста, Жанна, — двигает туфелькой ей стул Дина. — Без вас как-то скучно. Некомплект.
Пашка захлопывает глаза. Костя трёт переносицу.
— Садись, — киваю я Жанне.
— Костя, — взмахивает Дина бокалом. — Этот, я надеюсь, без кокса?
Куницын оттягивает воротник вдыхая поглубже.
— Не понял?
— Говорят, что есть за тобой такой грешок, наркоту людям подмешивать.
— Кто говорит?
— Друзья твои… врут?
— Да я… — растеряно обводит он нас взглядом.
И в этот раз ни я, ни Пашка не отводим глаз.
Дина не дослушивает, и делая еще один глоток, продолжает.
— Никто не против, если я немного порежиссирую наш разговор? Никто? Отлично! Сейчас должна быть реплика Арса. Есть у тебя что сказать?
— Мне до*ера чего есть сказать, но у меня для начала один организационный вопрос, — обвожу я всех взглядом. — За каким чертом тут Жанна?
— Ммм… — прищуривается Дина. — Реплика засчитана. И тут должна быть реплика Павла.
Уваров ставит локоть на стол, подпирая ладонью лоб. Пальцы сжимают виски.
— Диночка… — благодушно начинает Костя.
— Я. Сказала. Реплика. Павла.
Дина переводит на него свирепый змеиный взгляд. Рот Кости захлопывается.
Жанна удивленно поднимает брови, пряча за замком пальцев шокированную ухмылку.
Да, Дина умеет задрочить, когда хочет.
Мы переглядываемся с Жанной. Хмуря брови, я киваю ей на Павла с немым вопросом.
По его душу ты здесь?
Пожимая плечами, отводит взгляд.
— Паша. Ты мне скажешь что-нибудь?
— Зачем ты делаешь это прилюдно? — поднимает он на нее глаза.
— Жаночка, спасибо, — горько ухмыляется Дина. — Можете идти, Вы мне больше не нужны. Тут всё ясно. Я же не ошиблась, Паш?
— Дай мне объяснить. Наедине.
— Нет. Сегодня у нас публичное обнажение. Вы все меня достали. Я вдруг поняла, что чувствую себя как на карусели, когда спрыгиваешь с сиденья, а оно, двигаясь, по инерции дальше, бьет в спину.