Вы мне только фотографии карапузов шлите иногда, буду радоваться деткам.
– Конечно, Дима отправит, – отвечаю, опережая муженька. – Счастливого пути!
Не такой он плохой свекр, каким казался. Но это из разряда поговорки – «не так страшен черт, каким его малюют».
Впрочем, я ведь все равно на развод подаю. Но фотографии детей посылать мне нетрудно. Да и дедушка в их жизни не помешает.
– Ладно, собирайся! – произносит Дима, едва за его отцом закрывается дверь.
– Куда? – хмурюсь. – Это ты лучше собирайся и проваливай обратно к себе, – отвечаю прохладно и прохожу мимо него на кухню.
– В смысле?
– В прямом. Думал, все разрулил, такой молодец, да? По головке я тебя должна погладить? А вот и нет! С девицей вчера прохлаждался, а сегодня ко мне пришел! Не много ли хочешь?
– Ты в курсе про Настю?
Дима задает вопрос таким удивленным тоном, ужасно раздражает меня. И ведь в голосе ни намека на вину.
– В курсе! – едва сдерживаюсь, чтобы не перейти на полноценный крик. – Даже знаю, что она твоя очередная невеста! По книжным гуляете когда, думайте, что там не только вы, но и другие люди есть.
– Послушай, Катюш, да, папа ее привез, но это ничего не значит. Мы ночью поговорили и во всем разобрались. Правда оказалась лучше всяких увиливаний.
– А, может, ночью сама Настасья передумала выходить за тебя? А ты разыграл карты в свою пользу? – прищуриваюсь зло.
– Да нет, это я ее пыл остудил. Так и сказал, что женат, да еще отца позвал, чтобы свидетелем был."
"– То есть не понравилось с девочкой в постели, да? Разочаровала? Решил, что не стоит ради нее что–то делать? – уже кричу, не сдерживаюсь.
В квартире на некоторое время повисает тишина. Дима хмурится, словно пытается осознать, о чем я. Но меня–то сказками не проведешь, я все слышала, я все знаю.
– Ах, ты этот момент застала! – его лицо светлеет, и он как будто радуется.
– Зато провидение за меня! Не позволяет выставить себя дурой! А то так и будешь ходить по молоденьким невестам, пока я дома с детьми.