С внешней стороны забора ее не разглядеть, так что во время своей недавней прогулки вокруг владений пенсионера я не обратила на нее внимания. – Чудной старикан, – решила я и наконец-то отправилась восвояси."
"Но мысли о таинственном старце не давали покоя. В тот же день я нанесла визит родителям и позаимствовала у папы старый полевой бинокль. Рано утром я уже была возле дома старика, выбрала подходящее дерево, с некоторым трудом взгромоздилась на него и начала наблюдать. Если дядька на дневном стационаре, в восемь утра ему надо быть в больнице.
В половине девятого стало ясно, что хозяин покидать дом не намерен. Дом, кстати, выглядел необитаемым, в окнах никакого движения. Шторы не задернуты, но сквозь плотный тюль мало что просматривается. Выдержав еще полчаса, я слезла с дерева и поздравила себя с тем, что я на пути в психиатрическую больницу.
Беспокойство о своем рассудке и чувство ответственности за порученное дело гнали меня прочь от этих мест, а неуемное любопытство возрастало. Именно оно заставило меня переместиться к другой стороне дома, туда, где располагался гараж. Подходящего дерева здесь не нашлось, как назло, одни сосны, и я засела в кустах у дороги, рассудив, что если у дядьки машина, то выходить из дома ему без надобности, в гараж можно попасть и так.
Больше часа я томилась в кустах, уже решила бросить все это и двигать домой, как вдруг услышала шум мотора. Вслед за этим ворота начали открываться. Показался черный «БМВ» с тонированными стеклами. Я надеялась увидеть водителя, который покинет машину, чтобы закрыть ворота, но меня постигло горькое разочарование. Ворота оказались автоматическими. Машина быстро набирала скорость, а я сосредоточилась на лобовом стекле, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть.