— Где Лэйла, сучонок? — прошипел пленник. — Знаешь, что с тобой будет, сосунок?
Что же, не самое плохое начало. Хуже было бы, если бы он вообще не шёл на контакт, изображая из себя немого мученика.
Я присел рядом, отложил арбалет и вытянул топорик из петли на поясе.
— Давай-ка я объясню тебе, как будет проходить наше дружеское общение: ты слушаешь вопрос, а потом быстро и честно на него отвечаешь... Вопрос-ответ, вопрос-ответ — ничего сложного, правда?
Главарь злобно зыркнул маленькими глазёнками.
— Если же ты хочешь, чтобы наше общение перестало быть дружеским, то здесь у тебя на выбор сразу два варианта: ты можешь промолчать или попробовать сам позадавать вопросы. Но я всё-таки надеюсь, на твоё благоразумие.
— Где Лэйла???
— Видимо, дружить ты не хочешь... — вздохнул я и тихонько ударил каменным топорищем по древку болта, торчащему из правой ноги.
— А-а-а-а-а-а-а!!!"
"Пленник рефлекторно хотел схватиться за больное место, но это тяжело сделать, когда руки связаны за спиной.
— Попробуем ещё разок? — спросил я, когда тот затих. — Я задаю вопрос, а ты очень быстро и очень честно на него отвечаешь. Если же возникают сомнения в твоей искренности, то мы с тобой ещё раз проверяем, насколько крепко болты засели в ранах... Ты всё понял?
— Я тебя убью, сопляк...
— Всё может быть, но вопрос-то был о другом.
Топорик ударил по древку в левой ноге, а главарь снова забился в путах, стараясь хоть как-то облегчить страдания.
— Ты всё понял? — опять спросил я.
— Да...
Пленник глядел на меня потухшим глазами. Теперь он наконец-то понял, что у него на самом деле не было никакого выбора. Взрослому мужику, тем более такому, в жизни которого немалую часть занимает насилие, трудно признавать поражение... Особенно когда проиграл тому, кто вроде бы значительно слабее и младше тебя самого.
— Отлично. И раз ты всё-таки пошёл мне навстречу, то и я отвечу на твой вопрос. Ты хотел знать где Лэйла? Не хочу тебя лишний раз расстраивать, поскольку ты и так не очень-то весёлый, но она мертва...
— Не может быть, — прошептал пленник. — Ты лжёшь... Ты не мог с ней справиться... Это невозможно!!!
Он говорил настолько уверенно, что у меня самого появились сомнения.
— Три каменных осколка размером с руку, пробившие грудь...