— Близнецов будем звать?
— Сами придут, если захотят.
Герцог и его сестра все шептались и шептались, держась за руки. Им сейчас никто не был нужен. Так же, как и висящей в петле Элоиз, как мертвому магу… Да и Кею, пожалуй, тоже.
17К полудню путники одолели не больше трети расстояния до Ульшана — уж очень медленно передвигался профессор. Но Кея это ничуть не смущало, он никуда не торопился. Дорога была совершенно пуста, никто не спешил в Викенну с новостями о произошедшем в городе, ничто не отвлекало от со созерцания природы.
"— А еще где-то есть страна, в которой стоит вечная зима. Жителям приходится выращивать пшеницу прямо в домах, иначе она замерзнет. Для этого они вывели специальный сорт, растущий сверху вниз, и засевают ее на потолках. Эту пшеницу не надо даже жать: вызревая, зерно само вываливается из колосьев, его сметают в кучи и отвозят на мельницы. — Профессор понемногу иссякал, истории становились все короче. — Вселенная, долго нам еще идти?
— Долго, профессор, и привала мы делать не станем.
— Когда я сплю, ничто не существует, кроме моих снов, — пробурчал Хлумиз. — Я знаю…
Профессор кутался в одеяло, восстановить разорванный демоном сюртук не удалось. Агнеша отдала Кею все деньги, при разумном использовании их хватит на месяц. Впрочем, зачем же использовать их разумно? Ведь за месяц все может измениться. Все может измениться даже за день или за час.
— Профессор, а что вы будете делать, если университет закроют?
— Вселенная, придумай что-нибудь сама! — запыхтел старик, размахивая тростью. — Я так много страдал! Я заслужил.
Дорога медленно ползет внизу, толкаемая ногами путников. Или это они идут по дороге, толкая себя? Кей представил так и эдак и пришел к выводу, что ему все равно. Впереди стены деревьев обрывались, там путь через Истиенский лес заканчивался, дальше поля. К вечеру они дойдут, если профессора не сморит усталость.
Хлумиз уже несколько раз пробовал уговорить Вселенную дать ему иллюзию чего-нибудь приятного, лучше всего — «Для солидных господ». Но образ долговязого парня, секретаря, только хмыкал, и сколько Хлумиз ни зажмуривал глаза, открывая, опять оказывался на дороге. Трость стала тяжелой, спина побаливала.
— Есть еще страна, где, напротив, вечное лето, причем такое жаркое, что вся растительность сгорает. Чтобы спастись от зноя, жители строят дома в реках.