Пусть наслаждаются обществом друг друга в воде.
Гулли ван Шайрх крутанул в пальцах трубку, достал заранее приготовленный договор и положил его на стол перед Льнани. Ван Дога поставил чернильницу и перо.
Волшебница не притронулась к перу, а принялась изучать контракт. Молчание затягивалось.
— Что-то не так? — нахмурился Гулли. — Ставка обычная для мага. Пятнадцать процентов от доли, причитающейся команде, исключая офицеров.
— Нет, я просто задумалась. Простите.
Она взяла перо, обмакнула в чернильницу и размашисто подписалась в углу контракта.
Теперь, когда с формальностями было покончено, можно было переходить к основному разговору. Гулли отложил трубку.
— Теперь о нашем новом заказе…
Капитан тут же стал центром внимания всех сидевших за столом. Даже Бельфлер, хотя и продолжал расточать улыбки и потягивать изысканное вино, как-то неуловимо подобрался. Дама была забыта.
— Два дня назад из порта Малой Каньи вышел курьер, направляющийся к западному архипелагу. Через четыре дня до полудня мы должны встретиться с ними в точке рандеву у Лошадиных Зубьев и передать документы от губернатора Агильо.
"Он сделал намеренную паузу, наблюдая за реакцией своих людей. Ван Дога и Бельфлер обменялись острыми взглядами, но промолчали, зная, что он еще не закончил. В желтых глазах Чуги, как всегда, нельзя было прочитать ничего определенного. В атаку ринулся только Том:
— Капитан! С каких это пор «Хапуга» стал работать курьером?
Гулли оскалился.
— С тех самых, как за работу курьера стали платить такие деньги!
Он назвал сумму.
— Может, мне и прафда стать курьером? — задумчиво протянул Том.
— Он даже выплатил аванс.
Осторожный ван Дога нахмурился.
— Почему этот скупердяй Юций решил заплатить такие деньги за доставку каких-то бумаг?
— За доставку в срок, — уточнил Гулли. — Если мы не успеем к точке рандеву, канейцы уйдут, а вместе с ними и надежда на заработок. Так получилось, что «Хапуга» был единственным быстроходным кораблем в порту Агильо, способным немедленно сняться с якоря и дойти до Зубьев к назначенному часу.
— Да уж вряд ли на такое способны калоши, которые в Агильо называют военным флотом, — презрительно пробормотал ван Дога.
— Мы были единственным шансом Юция, и это позволило мне торговаться в свое удовольствие.
И все равно агильская гадюка согласился слишком легко. Ван Шайрх нахмурился, вспоминая…
Поздний вечер, душный и жаркий в этих широтах.