Пудинг, это Алиса…» Ну разумеется, разве может воспитанный человек иметь дело, да еще такое «интимное», с незнакомцем? Как там было? «…Вы не могли бы представить меня вон тому джентльмену у камина? — О, конечно! — Будьте любезны. — Сэр Арчибальд, позвольте представить вам сэра Чарльза Коунта. — Очень приятно. — Мне тоже, сэр Арчибальд. А теперь позвольте сообщить вам, что у вас горит ботинок…»
А ведь они пришли убивать не только его, нет! Им нужно будет убить королеву Викторию, принца Уэльского и еще многих.
Черчилль хохотал, хохотал и все никак не мог остановиться. На глаза навернулись слезы, он икал и стонал от смеха. Все его тело сотрясала крупная дрожь. В голове билась одна-единственная мысль: «Неужели теперь всегда будет так: нет человека — нет проблемы?!»
Рассказывает Олег Таругин
Он же — император Николай Второй
После окончания «гражданской войнушки» (именовать эти события полноценной гражданской войной язык не поворачивается!) наступил черед множества давно запланированных, но так пока и неосуществленных дел.
— Федор Логгинович! — Я встаю из-за стола и делаю несколько шагов навстречу пожилому человеку в генеральском мундире с созвездием орденов на груди.
Генерал от инфантерии Гейден склоняет голову:
— Здравия желаю, ваше величество! Право же, нет нужды так заботиться обо мне…
— Простите, Федор Логгинович, но уж мне лучше знать, как относиться к моим вернейшим сторонникам. Егор! Распорядись, чтобы нам подали чай, коньяк и что там к этому положено. Или вы, — это уже снова Гейдену, — предпочитаете кофе?
Гейден смущенно бормочет благодарственные слова.
Едва только он оказывается возле моего стола, как лейб-конвоец тут же подает на стол два стакана чаю с лимоном, сахарницу и киевское варенье в серебряной вазочке.