Левая работа на агента ФБР, подрыв авторитета полиции. Об участии в раскопках на Дойерс-стрит я даже не говорю.
О'Шонесси прекрасно знал, что открытие на Дойерс-стрит явилось для Кастера манной небесной. Находка старых костей временно облегчила положение мэра, и тот в знак благодарности поставил Кастера во главе расследования.
– В работе по связи со специальным агентом Пендергастом я, сэр, строго следовал установленному порядку.
– Ни черта ты не следовал! Ты держал меня в полном неведении, несмотря на твои дурацкие рапорты.
– Я направлю жалобу в профсоюз, сэр. И кроме того, должен официально заявить, что я католик и непристойное упоминание имени нашего Спасителя глубоко меня оскорбило.
От изумления у капитана отвисла челюсть. О'Шонесси понял, что Кастер вот-вот окончательно потеряет контроль над собой.
Однако этого не случилось. Кастер хрюкнул, сжал и разжал кулаки и пропищал:
– Валяй, обращайся в свой союз, и мы посмотрим, что из этого выйдет. И перехристосить меня, лицемерный мерзавец, тебе тоже не удастся! Я сам регулярно хожу в церковь. А теперь выкладывай свой значок и пушку и отправляйся в свое логово варить картошку с капустой. Ты находишься в административном отпуске до тех пор, пока не будут получены результаты расследования отдела внутренней безопасности.
О'Шонесси понимал, что это не пустая угроза. Он снял с пояса револьвер, достал значок и положил их на стол."
"– Это все, сэр? – как можно более холодно спросил сержант и получил некоторое удовлетворение, увидев, что лицо капитана снова налилось яростью.
– Ты спрашиваешь, все ли это? Тебе что, мало? Советую тебе, О'Шонесси, начинать готовить резюме для поступления на новую работу.
* * *Когда О'Шонесси уходил, он заметил, что Нойс провожает его полным злорадного удовлетворения взглядом.
Когда О'Шонесси вышел из дверей участка, его ослепил яркий солнечный свет, и он остановился на ступенях.