Фундинул по дороге несколько раз пересказывал, как ему пригрезился голос его милости во время починки ворот. Едва ли это сам Каспар Фрай звал его, но Фундинул расценивал произошедшее как знак свыше.
Отойдя мили на три и оказавшись в месте, где заросли кустов заполняли все пространство между дюнами, отряд встал лагерем. Была определена очередность несения караульной службы, и Одигул с Рыпой отправились на две ближайшие возвышенности, чтобы следить за округой.
Спустя час Рыпа спустился в лагерь и сообщил, что на берегу «что-то дымит».
Потянулись долгие минуты ожидания, в любой момент бойцы отряда были готовы услышать приближение погони, но ничего не происходило. Должно быть, солдаты решили, что злоумышленники уже далеко на юге и бегать за ними не с руки. А может, испугались засады в кустарнике.
Ночь прошла спокойно, если не считать тявканья пары приблудных шакалов, страдавших от ночного холода.
"Спали плохо, хотя постелили нарезанной лозы и сбились в кучу. Ночью крепко подморозило, а под утро налетела короткая метель. Несколько минуту ветер свистел в кустарнике и сек по лицам колючими снежинками. Потом заряд непогоды иссяк, и стихия понеслась дальше – на юг.
С рассветом низкие тучи разошлись, выглянуло солнце, и продрогшие бойцы стати завтракать все той же свининой. Других припасов у них не было, а воду добывали из копанки.
– Нужно на разведку сходить, – сказал Углук, когда пришло время принимать какое-то решение. – Ждать нам нечего. Прорвемся в тюрьму, выпытаем, где содержат его милость, заберем лошадей – и назад, в Ливен.
– Сначала в Харнлон, – напомнил Рыпа.
– Ну да, сначала в Харнлон.
– Можно я в разведку пойду. А то совсем замерз, – попросился Одигул.
– Конечно, – согласился орк.
Послышался негромкий свист, все повернулись в сторону сторожевых высоток и увидели Свинчатку – он призывно махал рукой, видимо подзывая Углука, но побежали к нему все, и когда они, запыхавшиеся, взобрались на вершину дюны, увидели на песчаной равнине две точки – это были всадники, двигавшиеся с юго-востока.
– Спешат куда-то… – заметил Фундинул.
– Да, – поддержал его Углук. – Напуганы очень, а второй едва в седле держится.