Этот человек всегда держал людей на расстоянии, закрывшись ото всех в своем одиночестве.
Внезапно у него перехватило горло, и он потерял дар речи.
Мо Жань снова уставился в небо.
Прошло несколько минут, прежде чем он произнес:
— Ши Мэй, ты на самом деле очень важен для меня.
— Я знаю, ты для меня тоже важен.
Мо Жань с трудом продолжил:
— Знаешь… недавно мне приснился дурной сон. В этом кошмаре ты… ты умер. Мне было так трудно это пережить…
Ши Мэй улыбнулся:
— В конце концов, ты все еще такой глупый.
— Я смогу защитить тебя... — не сдавался Мо Жань.
— Хорошо, тогда я должен извиниться перед моим младшим соучеником за доставленное беспокойство.
Сердце Мо Жаня дрогнуло, он не выдержал и выдохнул:
— Я…
— Что еще ты хочешь сказать? — тихо спросил Ши Мэй.
Волна ударилась о борт, и лодку сильно затрясло. Не обращая внимания на качку, Ши Мэй продолжал спокойно смотреть на Мо Жаня, ожидая, что он закончит предложение.
Но Мо Жань закрыл глаза и сказал:
— Ничего. Ночь холодна, возвращайся в каюту и хорошо выспись.
После минутного молчания, Ши Мэй произнес:
— А как же ты?
Иногда Мо Жань был действительно слишком глуп.
— Я... посмотрю на звезды, подышу свежим воздухом.
Ши Мэй какое-то время просто сидел рядом, потом улыбнулся и сказал:
— Хорошо, тогда я, пожалуй, пойду. Не засиживайся допоздна, тебе тоже нужно отдохнуть.
Он повернулся и ушел.
Ветер гулял по морю, небо затянули тучи, и только часть созвездия Тельца виднелась в просвете облаков.
Юноша лежал на палубе и не мог понять, где он допустил ошибку.
"Он, наконец, мог днем и ночью быть рядом с человеком, к которому испытывал самые сильные и глубокие чувства. Логично было бы предположить, что, как только появится шанс, он признается в своей симпатии.
Между ним и Ши Мэем так долго существовала эта двусмысленная неловкая недосказанность, что он уже привык к таким отношениям.