— На щеках Торсби появился странный румянец, стоило ему заговорить о королевской фаворитке.
— И вас она тоже взволновала, ваша светлость?
Оуэн попытался представить хладнокровного, спокойного человека, какого видел перед собой, в состоянии страсти. И не смог.
Торсби открыл глаза и рассмеялся.
— Другого мужчину могло бы обидеть твое удивление, Арчер, но меня оно только радует. Значит, прежняя маска на месте.
— Так мы покончили с делом Ридли и Краунса?
— Да. Жаль, пришлось лишиться лучшего городского музыканта.
— Нет. Хотя мы с Люси решили так и сделать. Но к тому времени они успели скрыться.
— И с тех пор ты ни разу не получал от них известий?
Оуэн неопределенно пожал плечами.
— Ты знаешь, где они находятся.
— Нет.
Торсби долго разглядывал Оуэна, потом покачал головой.
— А ты изменился, Арчер. Освоился в новой жизни. Научился обтекаемым фразам.
Оуэн снова пожал плечами.
— Так вы решили, как поступить с деньгами, которые Ридли пожертвовал вам на придел Святой Марии?
Торсби слегка улыбнулся.
— Я уверен, что это были неправедные деньги, Арчер. Но я всего лишь слабый человек. Так почему бы мне их не принять?
Оуэн заглянул в таверну Йорка, чтобы поднять себе настроение кружечкой знаменитого эля. К нему присоединился Том Мерчет.
— Выходит, подружка нашего короля приказала пролить столько крови. — Том покачал головой.
— Постарайся забыть об этом как можно быстрее, Том. Обмолвишься словом — тебя сразу сочтут предателем.
— Но ведь она так молода, неужели сама все придумала?
— Дядюшки вывели племянницу на эту тропу. Они незаконно торговали шерстью и заплатили Уэрдиру за сведения о королевском зяте-французе. А потом де Куси или принцесса Изабелла купили их молчание тем, что представили миссис Элис королеве.
Том хмуро задумался.
— А отрубать убитым руки велела Кейт Купер?
Оуэн подтвердил.
— Женщина с черной душой, — пробормотал Том.
— Она не смогла простить разорение отца, смерть брата.
— Это она травила Ридли?
— Нет."
"— Бесс хотела рассказать миссис д'Олдборо, что ее Кейт сотворила с нашим Джоном.
Оуэн осушил свою кружку.
— Мне очень жаль, что так произошло.
— Но в конце концов Бесс ничего ей не сказала. Решила, что это может убить мамашу, и не захотела брать греха на душу.
— Бесс хорошая женщина. И мудрая. — Оуэн собрался уходить. — Мне пора к Люси.
— Да. И скажи Бесс, пусть идет домой. Тут пришел один парень, просится в конюхи.