Он прижал губы к ее сердцу, его влажные черные волосы щекотали ее ключицы. «Пожалуйста, прости меня». Белое золото такого же цвета, как волосы моей истинной любви.
Все это любовь, и все равно этого недостаточно. Она плакала от отчаяния.
– Как я могу тебя простить? Это то единственное, чего я не способна простить. Я не знаю, как это простить.
– Я проклят, – заявил Александр, падая на спину. – Я был ослеплен собственной глупостью на краткий миг нашей жизни, на мгновение той вечности, в которой мы с тобой живем, и я споткнулся.
Татьяна заговорила самым тихим шепотом:
– Александр Баррингтон, скажи, а ты бы знал, как простить меня?
Они оба знали непостижимый ответ на этот непостижимый вопрос.
Ответом было «нет».
Александр молча смотрел на нее, потом закрыл лицо ладонями.
– Ладно, но что нам с тобой делать, Татьяна? – в отчаянии произнес он. – Мы не можем жить так, как жили.
Она начала было что-то говорить, предлагать ему несколько вариантов на выбор, но тут он раздвинул ей ноги и лег на нее, чтобы успокоить ее тело, дрожавшее от безграничного страдания этой невыносимо бесконечной ночи."
"– Послушай меня, – сказал Александр, сжимая ее голову между своими предплечьями, а ладони сомкнув на ее макушке. – Нужно понять только одно, и тогда все остальное станет легче.