— Ясно, — сказал Смирнов и осуждающе покрутил головой. — Разберемся на посту. А сейчас надо этих успокоить…"
"Они подошли к пострадавшим. Те кружком сидели у разбитой машины, возбуждение прошло, их начинал бить «отходняк».
— Как здоровье, товарищи? — участливо спросил Смирнов.
— Не очень, — ответил за всех седой мужчина. — Голова кружится…
Он лег на землю.
— Вы стрельбу слышали? — продолжал расспрашивать капитан.
— Нет, — покачал головой парень.
— И я не слышала, — сказала девушка. — Только меня кто-то раздел… Кто, если врачей еще не было?
Смирнов солидно откашлялся.
— Тут мародеры возились. Хорошо, наши вовремя подоспели…
— Какой ужас! Игорь, ты слышал?!
— Да не слышал я ничего, отстань! Тошнит меня, и голова раскалывается…
— А вон и «скорая» едет, — с облегчением сказал капитан Смирнов. — Потерпите, сейчас выпьете лекарств, сразу полегчает…
«Разбор полетов» был произведен немедленно.
Вся смена собралась в вознесенном над трассой, автомобилями и остальным миром, который являлся придатком к трассе и автомобилям, здании, из окон которого открывался красивый вид на живописные, поросшие сизой травой и желтыми цветами курганы, широкую, медленно текущую реку с баржами, сухогрузами, прогулочными теплоходами и буксирами, и на раскинувшиеся дальше лесополосы и степи Левобережья.
Но до красот пейзажа никому не было дела: во-первых, из-за его повседневной привычности, во-вторых, из-за огрубленной приземленности натур гаишников, а в-третьих, из-за чрезвычайных событий, которые произошли в коллективе смены.
Смена — единый организм, пальцы на руке, которые обязаны действовать заодно, тогда в нужный момент мгновенно сложится могучий кулак.