То, что я сделал, тяжело сказалось на всем его теле, но я считал, что лучше так, чем позволить ему умереть. Я оставил его на своей кровати и вышел в соседнюю комнату.
Шута там не оказалось, но дверь на улицу была открыта, и я понял, что он просто вышел. Я развел небольшой огонь, повесил над ним чайник, а затем довольно долго мылся и брился. В тот момент, когда я пригладил мокрые волосы и убрал их за уши, вошел Шут, держа в руках корзинку с яйцами. Увидев меня, он замер на месте и радостно заулыбался.
– О, да это же Фитц! Немного постарел и поизносился, но самый настоящий Фитц.
– Боюсь, я перестал заботиться о своей внешности, – сказал я, взглянув в зеркало.
Поморщившись от не слишком приглядного зрелища, я промокнул кровь, поскольку в очередной раз порезался там, где мое лицо исполосовал старый шрам, полученный в подземелье Оленьего замка. Спасибо тебе, Регал.
– Старлинг говорила мне, что я выгляжу намного старше своих лет. И что могу вернуться в Олений замок, где меня никто не узнает.
Шут возмущенно фыркнул и поставил корзинку с яйцами на стол.
– Старлинг, как всегда, ошибается. Для твоих лет и испытаний, выпавших на твою долю, ты выглядишь на удивление молодо. Да, конечно, переживания и время изменили твою внешность; люди, знавшие мальчишку по имени Фитц, не разглядят его во взрослом мужчине. Однако кое-кто из нас, друг мой, узнает тебя, даже если ты будешь гореть в огне.
– Очень утешительная мысль. – Я поставил зеркало на место и снова занялся завтраком.
Шут наливал горячую воду в чайник."
"– Мы так устроены, – спокойно сказал он. – Мы живем дольше и потому медленнее изменяемся. Я стал другим, Фитц, даже если тебе кажется, что поменялся лишь цвет моей кожи. Когда ты видел меня в прошлый раз, я подходил к порогу взросления. Меня переполняли самые разные чувства и идеи, их было так много, что я с трудом мог сосредоточиться на делах.
Я вылил яйца на сковороду и поставил ее рядом с огнем.
– Когда ты изъясняешься загадками, – медленно сказал я, – это приводит меня в замешательство.