Напились, конечно! А вот убивали вы их именно здесь! Как известно, мёртвое тело не выталкивает кровь, вам же нужна была кровавая бойня. Вы хотели показать мисс Рози, кто теперь хозяин в порту, не так ли?
— Мисье Лянь-ци осень умный лис, — без улыбки подтвердила та, что вела переговоры. — Но он мозет сам всё сплосить.
Из тумана понуро вышла старая кошка:
— Ренар, лисёнок, похоже, я зря позвала тебя. Мы обо всём договорились. Объединив сферы влияния и расширяясь далее по всей Британии вместе с азиатским синдикатом, наша доля вырастет до недосягаемых высот.
— Тогда зачем вы взяли клятву с моего учителя? — вдруг вспылил я. — Пресвятой электрод Аквинский, мы просто зря сюда ехали? Вы ведь могли десять раз предупредить нас, что всё отменяется.
— Ренар, уйми мальчишку.
— Но это же нечестно!
— Ренар, прошу тебя, пусть он заткнётся.
— В кои-то веки я позволю себе ослушаться, — медленно протянул Лис, кладя лапу мне на плечо. — Майкл порой досадно скоропалителен в выводах, но спишем это на юношеский максимализм.
— Ренар, умоляю…
— И меня категорически не устраивают ваши договорённости с убийцами ваших же «кисок»! — жёстко оборвал Лис. — Произойди слияние мирным путём, никто бы и не почесался, но теперь, когда весь Лондон говорит о ритуальных убийствах в порту, полиция не может не реагировать. А я частный консультант Скотленд-Ярда.
— Тогдя нам плидётся убить Лянь-ци, — промурлыкала сиамка, переглянувшись с подругами.
Мисс Рози сокрушённо закрыла мордочку лапками.
— Мальчик мой, — неожиданно обернулся ко мне учитель, — ты же взял rogatk’у? Можешь попасть во-о-он в то мутное окно на той стороне улицы?
— Конечно, сэр, — разом взбодрился я, правой рукой доставая рогатку, а левой тяжёлую гайку из кармана.
Один миг — и мы все услышали отдалённый звон разбитого стекла.
— Думаете, вам плидут на помось? Неть, никто не плидёт, всем стлашно, — звонко рассмеялась сиамка, на миг склонилась к мадам Фури Вонг, о чём-то её предупредила и обернулась к остальным.
— Секундочку! — Мой учитель одним величавым жестом остановил шагнувших к нему кошек. — Во всех цивилизованных странах существует обычай последнего желания.
— Сто ты хочесь плосить?
— Милые леди, я могу выпить перед смертью?
Сиамки неуверенно кивнули. Желание действительно вполне себе скромное.