Если бы я была призраком, мне не пришлось бы проходить через эти неприятности каждый день.
Ну, знаете, ту часть, убеждаясь, что никто не находится в общественном женском туалете. Если кто-то рядом, я просто блюю в саду за школой в мусорное ведро и возвращаюсь сюда только для того, чтобы почистить зубы.
Как только я заканчиваю, я смотрю на свое отражение в зеркале.
Это лицо тоже кошмар.
На самом деле, это самый страшный кошмар. Эти щеки, которые, как я думала, больше не будут жалкими, грудь, кажущая слишком маленькой на фоне блузки.
Везде.
Я ненавижу их и ненавижу это чертово тело. Я ненавижу себя в этом. Хотела бы я, чтобы был способ взорвать его изнутри, кроме, как блевать на обед.
Мысль нападает на мое подсознание.
Я хочу ударить кулаком по этому зеркалу, разбить его на куски, затем взять осколок стекла и..
Нет.
Нет, нет!
Я отчаянно качаю головой и хлопаю себя по обеим щекам, сопротивляясь желанию прикоснуться к запястью.
Ради Кира, ты здесь ради Кира.
Мои шаги тверды и решительны, когда я выхожу из туалета и закрываю рюкзак.
Я опаздываю на свой урок. Или, скорее, я опоздаю примерно через минуту.
Это обратная сторона пребывания в комнате для девочек после того, как все уже в классе.
Я бегу по коридору, когда чья-то рука хватает меня за плечо. На секунду я замираю, думая, что Ксандер вернулся ради мести.
Он игнорирует меня с самого утра, но я больше, чем кто-либо другой, знаю, что, если Ксандер Найт игнорирует, это катастрофа, замаскированная под благословение.
Я выдыхаю, понимая, что это не он. Он не пахнет так сильно и не ощущается таким твердым — не то, чтобы я знаю, каким он ощущается.
И да, я знаю, как пахнет Ксандер. Это только благодаря моей способности подключаться к своему окружению, не забыли?
— Тоже опаздываешь, Кимми?
Я улыбаюсь Ронану, моей первой настоящей улыбкой с той, которую я подарила Киру этим утром.
Ронан Астор, также один из всадников и, возможно, самый близкий мне человек в этой школе — кроме Эльзы.
Он обладает мальчишеским очарованием, его каштановые волосы слегка вьются, а его глубокие, насыщенные карие глаза намекают на начинающего плейбоя. Вычеркните это, он уже плейбой. Ох, и он, оказывается, настоящий аристократ. Его гордый нос явное тому доказательство.
Не думаю, что он это замечает, но его нос кричит о благородстве с другого континента.
— Говори за себя.