Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Её распирало что-то вроде праведного негодования: как мог столь прекрасный ученик, духовно сильный и безупречно воспитанный, взрасти под крылом этого бездельника Шэнь Цинцю?

На самом деле, существовала метафора, прекрасно отражающая её эмоции, но неизвестная ей в силу анахронизма — «прозрение слепой собаки».

Поглощённая этими переживаниями, Ци Цинци даже не взглянула на «бороду дракона», вместо этого сурово заметив:

— Даже Минъянь едет верхом!

Если ей удастся хоть немного смутить Шэнь Цинцю, это станет настоящим триумфом!

Тот послушно выглянул из-за занавеси: Лю Минъянь и впрямь восседала на лошади со своей неизменной вуалью и клинком Шуйсэ [8].

Эта картина была чересчур притягательна.

Шэнь Цинцю не отказал себе в удовольствии поглазеть на девушку лишнюю пару мгновений, после чего мечтательно вздохнул:

— Так прекрасна, что мой глаз не в состоянии объять эту красоту."

"— Прекрати пялиться на мою ученицу! — скривилась Ци Цинци.

Надо же было случиться, чтобы эти слова достигли ушей Ло Бинхэ. Лицо юноши моментально потемнело.

Разумеется, Шэнь Цинцю понятия не имел о перемене в настроении ученика — он как ни в чём не бывало лакомился «бородой дракона», чувствуя себя зрителем в кинотеатре, который, поедая поп-корн и попивая кока-колу, ждёт окончания рекламы. Ведь перед ним — Ло Бинхэ и Лю Минъянь, главный герой и героиня в одном кадре! Если Шэнь Цинцю хоть что-то понимал в законах жанра, то сейчас во все стороны полетят искры!

Тем временем сердце пресловутого протагониста при виде того, как учитель таращится на Лю Минъянь, сжалось, будто готовое разорваться.

«""Так прекрасна, что глаз не в состоянии объять?"" — кипятился он. — Да учитель её физиономию толком не видел! А если б и видел, не может же она быть такой же красивой, как я?»

На самом деле, Ло Бинхэ вовсе не льстил себе — он просто констатировал факт: с младых ногтей он не был склонен ни принижать себя, ни предаваться нарциссическому самолюбованию.

Минуло уже почти полдня, а Шэнь Цинцю по-прежнему не мог оторвать взгляд от этой заносчивой девчонки. Будучи не в состоянии это выносить, Ло Бинхэ подхлестнул лошадь кнутом, сравнявшись с Лю Минъянь, и одарил её лёгкой улыбкой:

— Шимэй Лю.

Сперва она удивилась неожиданному порыву юноши, затем осторожно кивнула:

— Шисюн Ло.

«Вот! Вот оно!» — возликовал про себя Шэнь Цинцю.