Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Из своего читательского опыта Шэнь Цинцю знал, что герой, подобный Мобэй-цзюню, неизбежно проникнется хотя бы подобием уважения к сопернику, который очертя голову кидается в кровавую битву, невзирая на неравенство сил, и при этом достаточно твердолоб, чтобы не сдаваться до последнего; кого он точно не пощадит — так это бесхребетного труса с заячьим сердцем, готового прогнуться при малейшей угрозе!

В два прыжка одолев дистанцию, на которую отшвырнул его учитель, Ло Бинхэ выхватил из ножен Чжэнъян. Мобэй-цзюнь не глядя отбил его удар, движением пальцев окутав сияющее лезвие чёрным туманом.

Ладони Мобэй-цзюня столкнулись с ладонями Шэнь Цинцю, и некоторое время неподвижные противники вели безмолвную борьбу, в которой явно одолевал демон; когда ему это наскучило, он оттолкнул заклинателя, бросив:

— Средние способности, основы боевых навыков хромают, технике недостаёт гибкости.

Задыхающийся Шэнь Цинцю был не в состоянии ему ответить. Будь это его прототип, он от возмущения выхаркал бы не менее трёх литров крови.

Разумеется, Шэнь Цинцю не считал себя первейшим талантом Царства людей, однако можно было смело сказать, что в пределах тысяч ли ему не было равных. И техники хребта Цанцюн вовсе не были негибкими, они зиждились на тысячелетних традициях! Но в устах Мобэй-цзюня и алмазы чистейшей воды превратятся в уголь…

Потеря меча ничуть не смутила Ло Бинхэ, но когда он увидел, что Шэнь Цинцю весь дрожит, из последних сил сглатывая кровь, будто его внутренним органам нанесён непоправимый ущерб, его взгляд налился смертоносной сталью.

Сама его аура изменилась, словно по мановению руки!"

"От Мобэй-цзюня не укрылась эта внезапная перемена. Его глаза тотчас вспыхнули холодным азартом:

— Дай покончить с твоим путающимся под ногами учителем, и сойдёмся всерьёз!

Воздух стремительно сгустился, образовав чёрный ледяной меч, который тотчас распался надвое.

Этим мечам невозможно было противостоять, ведь они состояли из чистой демонической энергии, а духовная энергия Шэнь Цинцю уже была на исходе. Сопротивляться Мобэй-цзюню сейчас для него было всё равно что ловить метеориты голыми руками или пытаться остановить цунами — по всему выходило, что участь его предрешена.