На это ясная жемчужина на ладони старого главы Дворца, эта воинственная предводительница гарема Ло Бинхэ заявила без малейшего почтения:
— Хватит болтовни! Раз ты знаешь, кто я такая, то догадываешься и о цели моего визита! — От приступа еле сдерживаемой ярости она едва не заскрежетала зубами, глаза покраснели от прилива чувств: — Ты — просто невиданный злодей! Подумать только, спутаться с демонами, предав своих товарищей! Будь уверен, праведное возмездие настигнет тебя — сегодня этот мастер Дворца преподаст тебе знатный урок!
— Что-то я не припомню, как сознавался в своих злодеяниях, — как ни в чём не бывало отозвался Шэнь Цинцю.
Юная госпожа нетерпеливо топнула ногой:"
"— Полагаешь, раз ты не сознался, так никто не осмелится наказать тебя? Тебя, воплощение подлости, обмана и жестокости! Считаясь благородным горным лордом, ты обращался с гэгэ [3] Ло, как с животным — кто после этого удивится, что ты продался демонам?
Воистину, законы наследственности суровы и беспощадны — если бы он и не догадывался о её происхождении, то по одной логике безошибочно опознал бы в ней гордую дочь главы Дворца!
На мгновение утратив дар речи, Шэнь Цинцю выдавил:
— Он правда сказал тебе, что я обращался с ним, как с животным?
— Гэгэ Ло такой добрый и всепрощающий — разумеется, он никогда не сказал бы подобного, — пропел нежный голосок молодой госпожи Дворца, смягчённый истинным чувством.
От этой высокопарной речи Шэнь Цинцю стало порядком не по себе. Что это, допрос или гребаный поэтический конкурс?
Он, правда, не знал, чего ему хочется сильнее: упасть на землю в приступе оглушительного хохота или залиться горючими слезами.
При внушительных размерах гарем Ло Бинхэ страдал вполне предсказуемой разномастностью — результат того, что главный герой, предпочитая количество качеству, замахнулся на кус, который был не в силах прожевать.