Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Огни стремительно стекались к зданию, на котором стоял он сам, двор быстро заполнялся людьми.

– Всем занять позиции! Всем адептам занять свои позиции!

Кто-то неподалеку выругался:

– Еще одно вторжение? Сколько мы уже пережили за последнее время? Неужто нельзя разок дать им такой отпор, чтобы соблазнов больше не возникало?

При виде этого переполоха сердце Шэнь Цинцю возликовало: неразбериха давала ему превосходный шанс к бегству. И шла бы к чертям эта «кровь священного демона» – чего стоят все эти муки по сравнению с подобной потерей чувства собственного достоинства? Пока-пока, поболтаем позже! Однако не успел он сделать и пары прыжков, как его слуха достиг возглас:

– Он направился к павильону Волшебных цветов [5] – задержите Лю Цингэ любой ценой!

Шэнь Цинцю тотчас оступился, невольно оглянувшись.

Черт. Он что, другого времени выбрать не мог? Ну и как теперь бросить его один на один с осатаневшим Ло Бинхэ, у которого, похоже, окончательно снесло крышу?

В павильоне Волшебных цветов некогда проживали былые главы этой школы, оттачивая свои навыки, и он располагался не так уж далеко от того места, где оказался Шэнь Цинцю.

– Подите прочь!

Заслышав сигнальные колокола, многие неопытные адепты сдуру ломанулись в дверь – в следующее мгновение десятки заклинателей разлетелись во всех направлениях, отброшенные небывало мощной волной энергии.

Весь павильон Волшебных цветов сплошь обратился в ледяную пещеру – войдя туда, Шэнь Цинцю будто ступил на ледник. Обжигающий ветер трепал его рукава и полы одежды, холодный пот на лбу и на ладонях мигом смерзся, образуя корку льда – одного этого достаточно, чтобы представить, какой лютый холод там царил.

Мало того, что от такого дубака можно было запросто окочуриться на месте, так еще и все двери и окна оказались крепко запечатанными, не пропуская внутрь ни единого дуновения теплого воздуха. Если бы вторженец (а именно, глава департамента Уничтожения-Всего-И-Вся бюро Цанцюн собственной персоной) не вломился в это помещение, оно превратилось бы в форменную ледяную гробницу.