Скрывающий центральную платформу [7] занавес был наполовину откинут, так что виднелся громоздящийся на ней ворох черных и белых верхних одеяний."
"Сидящий на платформе Ло Бинхэ был облачен лишь в нижние одежды [8], словно только что поднялся с постели – распущенные черные волосы растрепались, одежда в беспорядке, помятый ворот распахнут. На бледном лице ярким пятном алели кроваво-красные губы. Глаза полыхали холодным блеском, словно сквозь них прорывалась находящаяся под чудовищным давлением демоническая энергия.
В нескольких шагах от него стоял Лю Цингэ, ладонью зажимая сомкнувшийся на мече кровоточащий кулак, сквозь прорванную кожу которого виднелись кости.
Хоть лицо заклинателя позеленело, ему удалось сохранить самообладание – подняв твердый взгляд на сидящего на платформе Ло Бинхэ, он выплюнул:
– Ублюдок.
Несмотря на ранение, Чэнлуань в его руке прямо-таки светился от переполняющей его духовной энергии, наливаясь жаждой убийства.
Правая рука Ло Бинхэ покоилась на его верном клинке Синьмо, сверкающее белизной лезвие которого уже наполовину покинуло ножны, левая же сжимала в объятии человеческое тело.
Вернее сказать, труп: голова свесилась набок, безвольные конечности болтаются плетьми.
– Что ты наделал? – прохрипел Лю Цингэ.
Очевидно, этому видению теперь предстоит преследовать его до самой смерти. Когда Чэнлуань проломил проход, зал казался пустым, за исключением скопища теней за окружающим платформу занавесом. Разумеется, Лю Цингэ ожидал найти там Ло Бинхэ, но и подумать не мог, что тот будет не один!
Приподняв брови, Ло Бинхэ перехватил обмякшее тело, прижимая его крепче к груди.
– А что я такого сделал?
От этого зрелища Шэнь Цинцю утратил дар речи. Оба – а именно, живой человек и труп – были едва прикрыты одеждами, словно только что кувыркались в кровати – с какой стороны ни посмотри, это было просто до ужаса стремно!
Не произнося ни слова, Лю Цингэ сделал выпад. Так и не успев расчехлить Синьмо, Ло Бинхэ отбил удар ножнами, без труда уклонившись от волны убийственной энергии.