Коза строптивая!
– Переигрываешь, Арина, – ухмыляюсь, но с явным оттенком горечи.
– Не доигрываю, Стас, – припечатывает она, смотря мне прямо в глаза.
Но все же девчонка первая не выдерживает моего прямого взгляда. Отворачивается, задевая ручку локтем, и та катится по парте, а потом и падает на пол. Тут же ныряю под стол, а потом сглатываю.
Чертовы белые носочки!
Но отказать себе в провокации я уже не могу. Поднимаю, так кстати упавшую, ручку, а потом обхватываю ее щиколотку.
– Ой, – слышу я ее писк и улыбаюсь.
А моя рука уже ползет дальше. Интересно, как далеко она позволит мне зайти?
Щас проверим…
Безумная, крышесносная наглость, но я не могу себе в ней отказать, пусть, наверное, и получу какой-нибудь увесистой мензуркой по своей башке. Оно того стоит.
Ее ноги загорелые и гладкие как шелк, тонкие щиколотки, изящные коленки, маленькая родинка на внутренней стороне бедра.
Резко сжала ноги вместе и потом со всей силы вцепилась в мои волосы, дергая меня наверх. А я? Я не удержался и все-таки оставил подин поцелуй у самой границы ее юбки.
На меня накатала вдруг мощная, почти сокрушительная волна жажды. По ней одной! Чуть не сдох на месте, честное слово! Вынырнул из-под стола, посмотрел в ее, полные бешенства глаза, и понял, что увяз еще глубже. Зыбучие пески – вот кем была для меня Арина Толмацкая и я добровольно погружался в ее трясину. Я рисковал уйти в нее с головой. А может уже давно захлебнулся, кто ж его разберет…
Но я не планировал менять курс, даже если за эту вольность я огребу по полной.
И так оно и случилось!
Стоило мне только подняться из-под стола и опустить ладонь на парту, как в руку тут же чуть не прилетело острым наконечником той самой ручки, что я только что поднял с пола. Благо реакция хорошая!
– Совсем сдурела? – прошипел я, наклоняясь почти к самому ее лицу.
– Кто бы говорил! – и в глазах ее бушевал океан ненависти.
– А я свое безумие и не отрицаю. Но кто в этом виноват? – и многозначительно на нее посмотрел.
– Да пошел ты, – отвернулась Арина и принялась что-то чиркать в своей тетради.
Весь урок моя строптивая блонда сопела как маленький злобный ежик, выполняла лабораторную дёргано, и я видел, как дрожат ее руки. А я же все пер дальше. Вижу цель, не вижу препятствий. Но, а как иначе, если в запасе у меня времени в обрез – уже летом мы разойдемся как в море корабли, а я этого вот вообще не хотел. Мне надо только рядом с ней, по максималке, на полную катушку.