Я сделал вывод, что этот человек волею судьбы перебрался из одного сословия в другое, а вот из какого в какое и вверх или вниз, понять не смог. Он перестал есть мясо, отодвинул от себя лишь наполовину осиленную порцию крольчатины. Теперь пил вино из кружки, поглядывая на меня уже без опаски и с легкой насмешкой, которую старательно прятал. Видимо, одет я слишком старомодно. Сделал вид, что не замечаю насмешку. Ссора мне сейчас ни к чему. Вот если завтра встретимся на лесной дорог. Судя по всему, это его жеребец подавал голос в конюшне.
"Во дворе послышалось кудахтанье, резко оборвавшееся. Безухий Жак вернулся с безголовой черной курицей. Из перерубленной шеи на глиняный пол, покрытый сухим камышом, капала кровь. Кинув тушку в медный таз, залил кипятком, который набирал деревянным ковшом из котла, висевшего над огнем. Затем унес таз на двор.
Я хотел расспросить соседа по столу о том, какой сейчас год, что происходит во Франции за время моего отсутствия и много о чем другом, но мужчина всячески давал понять, что общаться со мной не желает.
Когда Безухий Жак вернулся с уже насаженной на вертел курицей и стал прилаживать ее над огнем, мужчина сказал с фламандским акцентом:
— Отведи меня спать, я устал. Расплачусь утром.
— Как пожелаете, мессир! — произнес трактирщик и крикнул в сторону двери, ведущей во двор: — Жаннет, проводи мессира наверх, принеси горячей воды помыть ноги и укрой его одеялом!
Жаннет оказалась женщиной лет под пятьдесят, такой же тучной, как муж. Волосы спрятаны под коричневый платок, завязанный сзади.