Все погудели согласно, мол, тренеру виднее, и правда пора молодым дорогу, и вообще, вот мы отыграем свое — и кто придет на смену?
Валерий Георгиевич еще сказал:
— Ну а теперь вы пойдете на поле не играть, как я призывал, а выигрывать. И дайте, наконец, пас Дзюбе!
По-доброму смеясь, мы вышли на поле.
И вот тут коленки задрожали… Я — в сборной! Я играю против сборной Уругвая! И что теперь, включать «лучшего», или испытать себя?
Пожалуй, повременю.
Но с начала тайма игра пошла по колее. Уругвайцы привычно атаковали, а мы как-то привычно оборонялись.
Кавани еще дважды выбегал, но тут уже сработал я. Причем ни разу не отбил тупо в поле или за лицевую.
Пошла игра!
Карпин был прав. Хватит упираться и хватит играться — пора выигрывать.
Денисов как-то вдруг чуть ли не спиной стал чувствовать Кокорина, и раз за разом пас приходил Сане. А он или сам шел в обводку, или красиво перебрасывал кому-то из разогнавшихся нападающих. Не жадничал, не тянул одеяло на себя, было приятно смотреть.
И пошла перестрелка. То целый тайм мы оборонялись, а теперь на каждую уругвайскую атаку была атака наша. Вот уже и угловые пошли — а это показатель. Кто атакует, тот всегда бьет угловые.
Вот только у нас не было де ла Круса. То Оздоев бил, то Смолов убегал к угловому флажку. В принципе, это понятно: Смолов не игрок стандартного момента. Ему мяч надо давать на свободном пространстве, в чистом поле — на скорости он и в обводку пойдет, и сам издали влупит.
Все же со стандартами у нас похуже. Думаю, тренеры внимание обратят и специально будут наигрывать комбинации.
И снова атака накатывалась на мои ворота, и опять я брал мячи и вводил в игру.
Наступил тот самый момент на поле, когда как в теннисе: ровно-ровно.
И тут, наконец, прошел пас на Дзюбу.